— Отчего тебе стало страшно? — Мадина резко преображается.

Сейчас она делает стойку, как охотничья собака.

— Дим, попытайся поточнее сформулировать причины своей тревожности⁈ — менталистка даже за рукав меня теребить принимается. — Сперва тебе было хорошо, так? Вот, четверть минуты тому? А теперь эмоциональный вектор резко сменился в другую сторону⁈

Кстати, обычно она от тактильной демонстрации собственных эмоций настолько далека, насколько велит их канон. А он — жёсткая штука (если додуматься его во всём соблюдать).

— Бл*, — тут прорывает уже меня. Как же тут не нервничать. — Шёл, никого не трогал, жизнью наслаждался! Радовался компании, тем более что это всё моё!

В качестве иллюстрации хватаю по очереди четыре упругие и изрядные размерами молочные железы, затем — четыре ягодицы.

— Раньше у меня были и финансовые проблемы, и политические, имение ещё сожгли с нужными вещами! — продолжаю извергать поток. — Но сейчас как будто ясно стало, что делать! — уже даже не разговариваю, а практически ору на весь участок. — Жизнь начала налаживаться!

Со второго этажа на звук моего голоса высовывается взъерошенный дед, а с третьего — отец Шурик.

Впрочем, их головы тут же исчезают обратно.

— Бросил обычную фразу машинально и без задней мысли! Сказал любимым женщинам, что на язык взбрело! — похоже, надо вопить потише, а то уже из небоскрёбов соседи в окна глядят. — Что мне хорошо, имел ввиду! Без подте…

— Стоп! — Мадина поднимает ладошку как тренер, отмечающий окончание упражнения. — Дим, ты только не нервничай! Пожалуйста, успокойся и возьми себя в руки!

Бл***. Да кто же так успокаивает. Разумеется, после этих слов хочется орать ещё громче! Если не сказать больше.

Эту фразу говорю вслух, но кто бы меня слушал.

— Получается, ты сказал «Эх, хорошо-то как» только потому, что тебе приятно с нами гулять? — словно у ребёнка-дауна уточняет светило семейной психиатрии.

Параллельно Наджиб обменивается странными многозначительными взглядами с Барсуковыми.

— Знаешь, будь вы мужиками, уже пару секунд как в морду дал бы! — отвечаю слегка не по теме, зато искренне. — А как с ног сбил бы, точнее, как вы на землю попадали бы, ногами пинать принялся бы!

Параллельно с речитативом стараюсь глубоко дышать носом.

— Дима, только не нервничай. — Твёрдо стоит на своём менталистка, не сводя пристального и внимательного взгляда с моей переносицы. — Пожалуйста, возьми себя в руки. Я верю, что ты сможешь, ты сильный.

Отбросив всякую любезность, принимаюсь очень громко говорить то, что думаю:

— МАДИНА, ОТВЕТ — ДА!!! МНЕ ХОРОШО И ПРИЯТНО С ВАМИ ГУЛЯТЬ! Я ИМЕННО ПОЭТОМУ И СКАЗАЛ! — перевожу дух. — ЧТО НЕ ТАК?!!