Я глянул на Кьелла. Наверное, расстроился! Как договариваться о мире, если его люди убили пятерых просто так? Но торговец выглядел спокойным. Может, знал, без крови не обойдется.

— Что баба хилая, мы уже поняли. А вообще как они выглядят? Что за оружие? — спросил кто-то из лейфовцев.

— Да худые они все, мелкие, — ответил второй из охотников, то ли Улоф, то ли Ярви. — Руки разрисованы полосами. У баб на левой, у мужиков — на правой. Одежка вся из оленьих шкур. Костяные ножи, у одного только бронзовый был. Луки слабые, охотничьи. В общем, лёгкая у нас работёнка. Воины тут никакие.

— Так мы и не вырезать их приехали, — подал голос сам Лейф Рёв.

— Верно-верно, — торговец заговорил только сейчас. — Как достроим дом, так я отправлюсь поговорить с ними. Жаль, что так получилось, но куда ж деваться? Их было пятеро, они напали первыми. Постарайтесь в следующий раз обойтись без убийств. Если уж они слабы, так отберите оружие, свяжите и оставьте на месте. Они должны понять, что мы прибыли сюда с миром!

Конечно! С миром! С миром и сотней вооруженных мужчин, из которых половина — хускарлы.

Вылазки прекратились вплоть до того момента, когда стены форта поднялись в два человеческих роста. Нужны были бревна. Не ветвистые коряги, приносимые морем, не случайные ветки, а крепкие надежные бревна, которые выдержат несколько слоев дерна, проложенного мхом. Под дождем такая крыша быстро напитывается водой и давит не хуже Болли Толстяка, потому крыша будет опираться на подпорки, для которых уже определили места и выдолбили ямки.

А ближайший лес был как раз там, где вигговцы убили пятерых местных.

— Раз уж твой хирд занимается дровами, так, может, и бревна вы принесете? Думаю, со случайными охотниками вы справитесь, — с улыбкой обратился к Альрику торговец.

Как хитро он сказал! Если сейчас Беззащитный откажется или попросит пару хускарлов, его тут же поднимут на смех. Мол, тощих баб испугался? Костяных ножей?

Альрик кивнул. Оставил возле Волчары лишь Арне Кормчего, Вепря да раненого Стейна, остальным приказал снарядиться как для боя: плащи, щиты, мечи, топоры. У кого есть, тот и кольчугу натянул. Я лишь затянул покрепче наручи да закинул щит за спину.

— Что, боишься, деревья буйные попадутся? — насмешливо спросил один из вигговцев. Я так и не запомнил ни их лиц, ни имен.

Альрик ничего не ответил. Оглядел нас, дал подзатыльник Видарссону, и тот, покраснев, сбегал за забытым возле костра ножом.

Мы шли всего лишь за бревнами, но ощущение было тягостное. Этот непонятный остров не принимал нас. Я почти ощущал его недовольство мельтешением пришлых людей, которые сразу же полезли с топорами на его горы. Еще немного, и он разозлится всерьез. Засыплет нас пеплом, сожжет подземным огнем, зальет морской водой и заморозит ветрами. Я не боялся людей. Каков бы ни был человек, на какой бы руне он не находился, его можно убить. Какова бы ни была тварь, ее можно убить. А как сражаться с островом?