Сразу же вошли Рагнвальд с сыном и уселись на троноподобных креслах. Снова выскочил тощий человечек, развернул белую тонкую тряпицу и только хотел начать, как конунг сказал:

— Не нужно. Лендерман Эрлинг по прозвищу Кровохлеб, какая у тебя обида на ярла Скирре?

Люди в зале зашумели, заворчали. Я услышал бранные слова в сторону моего отца. Здесь что, собралась вся родня вырезанных им карлов?

Отец поднялся, медленно обвел зал взглядом, и все понемногу стихли.

— Я Эрлинг по прозвищу Кровохлеб, лендерман Сторбаша и окрестных деревень. Во время войны с Карлом Пришлым я был молодым карлом. Четыре руны. Столько же, сколько сейчас у моего сына. Я выполнил приказ моего конунга и за то был пожалован землями. Если кто затаил обиду с тех времен, тот может вызвать меня на бой и поквитаться.

— И помните, что ваша обида — не только на руку, державшую меч, но и на голову, которая ее направила, — тут же осадил всех конунг.

— Я правлю землями честно: по закону и по обычаю, — отец говорил тяжело, нехотя. Не любитель он молоть языком. Как, впрочем, и я. — Прошлым летом мой сын принес свою первую жертву, но не откликнулись ему боги. Отвез я тогда его на время в отдаленную деревню Растранд, к брату моей жены. А когда вернулся за ним, то нашел лишь сожженные дома да воняющие трупы. Лишь брат жены был положен в огонь, голова отдельно от тела. Сына своего я там не нашел. То ли увезли его в рабство, то ли убили и бросили с остальными, а я не смог узнать его кости.

Эрлинг сжал кулаки.

— Может, война началась? Может, лихие разбойники налетели? Может, выследил кто моего сына за мои прошлые поступки? Я вернулся в Сторбаш, думая, как сказать жене, что ее единственный ребенок мертв. Но там меня встретил сын, живой и невредимый. Сказал, что в Растранд приплыл корабль во главе с Торкелем Мачтой, он привез однорунных щенков. Чтобы они получили еще по руне-другой, убивая безоружных рыбаков, детей и стариков. Торкель убил брата жены, отрубил ему руки и голову. Однорунный мальчишка напал на моего сына, безрунного еще, и лишь волей Фомрира сумел Кай защититься. И получил первую руну! А после ушел лесами в Сторбаш, захватив единственного выжившего: малолетнюю девчонку, что пасла коз.

Ингрид фыркнула.

— Все знают, что Торкель в дружине ярла Скирре. А тем, кто напал на моего сына, был сын ярла Скирре. Конунг, ты запретил нападать на соседние деревни. Это не первая разоренная деревня в наших краях, но первая, где кто-то выжил. Вот мой сын, и он своими глазами видел все, что там случилось, — и он хлопнул меня по плечу.