У меня такой возможности не было, поэтому я сосредоточился полностью на шахматах. Кроме того, я из шахматной тусовки мало кого знал, а большинство игроков, как я посмотрел, отлично знакомы друг с другом. Они подолгу болтали в гостиничном ресторане, задерживаясь после завтрака и обеда. Общались, шутили, смеялись. Соревнования начинались поздно, после полудня, поэтому у участников чемпионата было время выспаться и подготовиться к играм.

Так что, за первые дни у меня было время насмотреться на местных знаменитостей, мировых чемпионов, победителей прошедших соревнований, претендентов на корону. Как я говорил, на чемпионат приехали мировые звезды советских шахмат.

Первым я увидел Левона Николовича Гаспаряна, девятого чемпиона мира, только недавно уступившего пальму первенства шахматисту из Индии. Гаспарян был высоким мужчиной с кудрявыми волосами, смуглым, с большим носом и улыбчивым ртом. Он любезно разговаривал со всеми людьми, кто попадался ему на пути. Его громкий и пронзительный голос я слышал задолго до того, как в поле зрения появлялся сам его обладатель. Мне он тоже пожал руку и, как оказалось, уже отлично знал мои игры.

— Отлично, отлично, ваша атака на g5 в последней игре была просто изумительна, — сказал он мне, когда Муромцев представил меня и я удивился, что Гаспарян взял себе за труд изучить игру даже такого незначительного игрока, как я.

Макаров Юрий Сергеевич, пожилой уже человек, запомнился мне своей почти военной выправкой. Это был сухой, морщинистый, внешне даже мрачный человек, полная противоположность Гаспаряна. Он был абсолютный приверженец порядка и дисциплины. В то же время он обладал неукротимым характером и когда-то упорно и бескомпромиссно сражался на полях шахматных сражений, вырывая победу у самых разных соперников. Между прочим, ему удалось сделать это дважды.

Помимо шахмат, Макаров был научным деятелем и работал в институте физике и радиотехники. Нисколько не удивлюсь, если узнаю, что он сотрудничал с КГБ и разработал для нужд обороны какие-нибудь приборы. Когда я с ним познакомился, Макаров бросил на меня мимолетный взгляд, хотя и внимательный, пожелал удачи и быстро удалился. Он не любил долго болтать и общению с людьми предпочитал общество книг и учебников.

Еще с одним чемпионом, Геллер Осипом Васильевичем, я познакомился при странных обстоятельствах. Я тогда играл тренировочную партию с Муромцевым в библиотеке гостиницы и не сразу заметил, что прославленный чемпион проходил мимо, остановился и заинтересовался нашей игрой.

— Конем ходи, конем, — сказал он и я отвлекся от игры и посмотрел на него, маленького подвижного человечка, с редкими седыми волосами, ястребиным носом и небольшими проницательными глазками.