Образцов опрокинул мою ладью и поставил на ее место своего слона. Мне показалось, что моя ладья с ужасным грохотом полетела по доске. А затем время перестало течь медленно и тягуче и пришло обратно в норму.
На месте моей ладьи стоял белый слон. В это невозможно поверить, но это так. Я сразу почувствовал себя раздавленным и уничтоженным, будто на меня наступили гигантским сапогом.
Мда, сопротивляться больше не было смысла. У меня не осталось тяжелых фигур, только пешки. А у врага аж целых три «офицера». Играть дальше — значит продлевать агонию.
Я протянул руку Образцову и выдавил из себя:
— Ваша взяла.
Глава 26. Последнее сражение
Моральное мое состояние после проигрыша упало на пол и куда-то укатилось без следа. Я почувствовал себя настолько плохо, что в первое мгновение не мог поверить тому, что произошло. Я думал, черт побери, что все это случилось во сне и страстно хотел проснуться. Это все происходило на фоне того, что у меня голова раскалывалась на части.
— Я же говорил, что раздавлю тебя, как таракана, — усмехнулся Образцов и дружески развел руки в стороны. — Видишь? Вот видишь? А ты там еще чего-то трепыхался.
Мы поднялись и почти одновременно сошли со сцены, где сидели, как актеры в театре. При этом Образцов прошел вперед, ощущая себя победителем не только одной партии, но и всего турнира. Он словно бы уже снова подтвердил свой чемпионский титул и теперь светился от счастья. Вот сволочь, он что, так сильно боялся меня?
Сам я на негнущихся ногах подошел к Муромцеву. Тренер уже пришел в себя и утешающе похлопал меня по плечу.
— Ладно, не расстраивайся. У нас еще есть возможность отыграться.
Мы прошли мимо сияющего Образцова, окруженного журналистами. Они забыли обо мне и в первую очередь хотели расспросить об игре у чемпиона. Образцов хохотал во все горло и счастливо рассказывал, что он меня побил, как ребенка.
Я чувствовал, что моя голова разрывается на части и желал только одного — поскорее добраться до номера и отлежаться. Как только мы вышли в коридор, на меня напал сильный кашель. Да такой, что я согнулся возле стены и едва мог идти дальше.
Муромцев пытался было втолковать мне что-то про игру, но посмотрел на меня и тут же замолчал. Потом подумал и спросил:
— Ужинать, я так понимаю, ты вряд ли будешь?
Это был даже не вопрос, а констатация факта. Я кое-как справился с приступом кашля и покачал головой.
— Нет, я хочу в номер и лежать, не вставая.
Муромцев вывел меня из Дворца культуры и мы отправились обратно в гостиницу. Там я сразу завалился спать в номере, а тренер распорядился принести мне в номер ужин и чайник чая. Кроме того, он откуда-то раздобыл малину и заставил меня выпить пару стаканов. Затем сказал, что скоро вернется и скрылся в неизвестном направлении.