— Знаю я таких радетелей, — фыркнул в ответ Жиград. — До первого жалованья служат, а потом домой норовят сбежать.

Я быстро вложил артефакт в руку Ридры и увидел, как тот болезненно поморщился. У нас в запасе была ещё одна активация до срабатывания блока, и я надеялся, что молчун может как-то видеть происходящее снаружи из своей темницы. Это единственный вариант обойтись без убийства наборщика и неизбежного бегства.

— Что там у вас? — грубо спросил Жиград.

Я в этот момент закрыл Ридру от наборщика, чтобы понять, как поведет себя иллюзия без привязки к моему телу. До этого все трюки Олуча работали только в контакте с моими руками. К счастью, всё обошлось. Молчун покатал артефакт в руке и показал его Жиграду.

— Слава Алаиру, — проворчал ветеран. — Думал, вы сегодня не управитесь. Давайте камень сюда. Только вытрите нормально. У меня ещё два десятка новобранцев за вами пройти должны.

— Держи, — забирая камень у Ридры и передавая Джеро, произнес я. — Вытри хорошенько. Там много чего налипло.

Парень с энтузиазмом принялся тереть магический предмет, а Жиград недовольно следил за его действиями. Расчёт прост: если камень реагировал только в моменте, то нам требовалось время, чтобы прошёл остаточный эффект. Всё это предприятие больше походило на выступление бродячих артистов. И может, я бы даже посмеялся, если бы не было так грустно.

С текущими возможностями мне приходилось серьезно изворачиваться, чтобы пройти проверку примитивным артефактом. Это неимоверно раздражало и печалило одновременно. Вопрос восстановления прежних возможностей вставал в полный рост и, на данный момент, я сделал всё возможное, чтобы обеспечить себе максимально выгодные условия.

— Ставь уже, — не выдержал издевательств над артефактом наборщик. Джеро сильно увлекся и пытался оттереть с камня часть сальных разводов, который были созданы с помощью иллюзии.

— Сейчас, господин Жиград, — отозвался Джеро. — Чуть-чуть осталось…

— У тебя орехи есть? — тихо спросил я у молчуна.

— Что ты на них помешался сегодня? — так же тихо спросил в ответ Ридра, но быстро выудил из своей сумки точно такой же мешок, какой был у меня и Джеро.

— Давай потом это обсудим, — высыпая всё содержимое в свою сумку, устало ответил я. — Когда нас в лагерь переведут.

В момент, когда грызун развеял свою иллюзию, у меня внутри все замерло. Джеро всё ещё тер артефакт и непонимающе уставился на то место, где только что видел соринку. Камень сиял чистотой и свеже отполированными гранями.

— Так-то лучше, — проворчал Жиград и тяжело посмотрел на нас. Если при встрече ветеран излучал доброту и отеческую заботу, то сейчас был гораздо больше похож на сварливого деда, которому отдавили больную мозоль. — Теперь по поводу вашего места службы.