— Это что тут такое⁈ — возмутился Барис, когда подошёл ближе. — Где Сидар и Карад, Ридра? Почему на воротах с тобой пришлый сидит?

— Староста… — начал было молчун, но я его остановил.

— Прости, Барис, — произнес я. — Это моя вина. Ты сказал, что в деревне не любят бездельников, и я решил поискать себе занятие. Чтобы жителям польза какая-то была. Только глупость сморозил, поспорил с Карадом, что топор лучше него метнуть смогу. Они с Сидаром против нас с Ридрой ставили. Вот мы и остались вдвоём на воротах.

— Шеи бы им открутить за такие споры! — возмущенно рявкнул староста. — Нашли, с кем спорить. Одни первый день в деревне, а второй — блаженный! Где эти умники⁈

— Не сердись, уважаемый, — улыбнулся я. — Они же не со зла. Я сам предложил такой спор. Парни сказали, что к Светлому ещё вчера целое крыло Стражей Границ ушло. Значит, в лесах рядом всё спокойно уже. А от лихих людей мы и вдвоём отбиться сможем. По крайней мере, уж тревогу точно успеем поднять.

— Успеют они! — фыркнул Барис. — А если на Ридру накатит чего? Ты вообще знаешь, что он сам может на тебя напасть?

— Барис… — недовольно проворчал молчун. — Ну зачем ты так? Я же извинился за прошлый раз…

— И ты меня извини, Ридра, — неожиданно успокоился староста. — Достали меня все. Три дня всего-то надо было подежурить, а я уже замучился за всеми следить. Кто спит на тропе, кто дома отсидеться пытается. Как будто мне одному это надо!

— Если не понимают люди, то заставить их не получится, — улыбнулся я. — Не близко им ратное дело просто. Думаю, может и хорошо это.

— Хорошо-то хорошо, но что делать, если тварь какая бродячая нападет всё-таки? — хмуро спросил Барис. — Кто тогда виноват будет?

— Староста, — уверенно ответил Ридра.

— Вон, даже Ридра это понимает! — наставительно поднял палец Барис. — Зато сейчас все жалуются, что тяжко им на постах стоять. А виноват опять я.

— Работа такая, — пожал плечами я. — Ответственность — дело тяжелое.

— И то верно, — вздохнул староста и задумчиво посмотрел на меня. — Решил чего насчет жизни дальше, Дирик?

— Нет ещё, — покачал головой я. — Но мысли разные бродят.

— На Рубеж, поди, собираешься? — проницательно посмотрел на меня Барис. А я мельком взглянул на Ридру. Молчун понял, что буря миновала и расслабленно сидел в тени. К нашему разговору он особо не прислушивался.

— Есть такие мысли, — не стал спорить я.

— И правильно, — неожиданно кивнул староста. — Не место тебе в Холмовой.

— В смысле? — удивленно спросил я. Ещё утром этот человек предлагал мне остаться в деревне навсегда. Что могло так сильно измениться за прошедшее время.