как после долгой пробежки, непонимание читалось в ее глазах. Непонимание и испуг. Стилла не хотела поднимать руку, но боль и обида взяли верх и сделали ход за нее. — Не смей трогать меня! Ты растоптала чувства Мейсона, а теперь и мои. Стилла вылетела из комнаты, оставив Эйлин наедине с собой. Та села на пол. Силы, которые она смогла найти для разговора с Мейсоном, покидали ее. Смотря в одну точку, Эйлин пыталась понять, что же произошло. Кто-то затуманил ее разум, кто-то пытается внести раздор между Эйлин и ребятами. Но кто… «Рэйдел». Пазл сложился у нее в голове. Эйлин бежала по коридору к полю для лакросса. Мысли путались в голове. Мейсон, Стилла, Рэйдел — все смешалось в кучу. Эйлин должна была увидеть Томаса, единственного человека, который мог ее выслушать. Она должна выяснить правду, все рассказать. Через плечо она перекинула сумку с формой. Нельзя было подвести команду, иначе Стилла обидится еще сильнее. Ученики толпились перед трибунами. Матч должен был начаться через двадцать минут, и каждый пытался пробиться вперед, чтобы занять лучшие места. — Извините, — произнесла Эйлин, задев плечом кого-то. — Эйлин? Знакомый голос заставил ее остановиться. Томас стоял в очереди с книгой в руках. Даже здесь он читал. Матч ему был вообще не интересен, он просто пришел поддержать друзей. — Том! — От его улыбки потеплело внутри. — Я хотела с тобой поговорить! — Это правда? — перебил он ее. Том не верил, она видела это в его глазах. Его вопрос стер улыбку с ее лица. — Об этом я и хотела поговорить… Ученики шли вперед, толкая Эйлин к трибунам. Томас пропал и затерялся в толпе. Эйлин нервно вздохнула. По телу пробежала мелкая дрожь, а внутри закололи маленькие иголочки. Такое случается в преддверии слез. «Нет. Только не плакать! Держись!» — Внутренний голос подбадривал как мог. Она выдохнула несколько раз, и ей стало легче. Поток учеников подошел к трибунам, освободив дорогу. Эйлин побежала к «Гадюкам» и Стилле. Ей нужно было всего лишь выступить, пережить эту несчастную игру, а затем все исправить. Эйлин винила себя, ведь она не рассказала о Рэйделе, о его помощи, о его желании. Все могло быть иначе, если бы она не утаила правду от друзей. Прошлое не исправишь, но она хотела изменить настоящее. «Все будет хорошо. Все будет хорошо. Все будет хо…» Эйлин преградили путь «Гадюки». За их спинами в нескольких метрах стояла Стилла, переодетая в форму и с красными от слез глазами. Она разминалась перед выступлением и даже не смотрела в сторону «Гадюк». — Я знаю, что опоздала,