Глава 3. Ну здравствуй, Серпентес
— А одежду, одежду сменную взяла? — Мамина паника нарастала и не давала покоя никому. — Мама, там все выдают. — Знаю я, что они там выдают, шелк какой-нибудь, а шелк не спасет тебя от холода и дождя! — Мама сурово погрузила на чемодан гору вязаных свитеров. Прошло три недели с того дня, как в дверь постучался подарок судьбы и вручил конверт. Все эти недели Эйлин не покидала свою спальню, считала, что обязана подготовиться к учебе и не выделяться среди остальных учеников. «Они хоть и богатенькие, но я уверена, что все блещут умом и сообразительностью». Эйлин представляла важных аристократов, которые расхаживают по коридорам в своей черно-зеленой форме. А еще ей казалось, что они все носят очки и имеют высокое чувство собственной важности. «Павлины» — это слово идеально подходило для представленных ею людей. Но павлины — красивые птицы, у них пестрые хвосты и гребень. А что же Эйлин? Она не была уродиной, но красавицей себя не считала. Как и положено каждой девушке, она искала в себе недостатки и всегда их находила. Например, густые каштановые брови, которые Эйлин мечтала сбрить и просто рисовать каждое утро, но отец сказал, что безбровым не место в их доме. Он наверняка шутил, но теперь она уезжает и может наконец от них избавиться. Обычный, ничем не выделяющийся нос раздражал Эйлин, она хотела маленький носик, немного вздернутый, как у мультяшных персонажей, но довольствовалась тем, что имела. Совершенно обычные губы, обычные волосы светло-русого цвета. Эйлин вся была обычной, и это раздражало. Она хотела найти в себе изюминку, но изюминки достались Таше: веснушки, зеленые глаза, ямочки на обеих щеках, а в одной из них пряталась родинка. Сестра точно вырастет красавицей, и родители палкой будут отгонять парней от своего дома. Единственное, что ей нравилось в себе, — это глаза, похожие на океан. Хотя Эйлин видела его только на картинке, но она знала: когда-нибудь она вживую полюбуется им, огромным и поистине прекрасным. — Эйлин, — мамин взгляд был полон печали, — ты уверена? А если тебе не понравится? А если… — Мама, если что-то пойдет не так, это будет мне уроком. — Эйлин взяла маму за руку. — Позволь мне набить свои шишки и научиться жить. Мама кивнула. Взяла стопку свитеров, которые одиноко лежали на чемодане все это время, и вышла из комнаты. До отъезда оставалась одна ночь. Эйлин знала: завтра все изменится. Она была уверена, что заснет одним человеком, а проснется никому не знакомой, совершенной иной Эйлин. Она встала с кровати, подошла в шкафу, где висела