мужественно и опасно. Эйлин удивилась, ведь он не походил на игрока в лакросс. — Я просто… — Эйлин обернулась в сторону леса, но за деревом было пусто. — Я шла на поле, хотела посмотреть, как там… — Вступила в команду по лакроссу? — Скорее, в группу поддержки. — Эйлин потрясла невидимыми помпонами в руках. — Вот как, в рядах «Гадюк» пополнение, — улыбнулся Мейсон. Это была удивительная улыбка. Манящая, устрашающая, но удивительная. — А ты… играешь? — Эйлин слишком долго его рассматривала, поэтому решила отвести взгляд. — Нет. Я просто люблю наряжаться в форму и расхаживать по школе. — Что? Мейсон усмехнулся. На правой его щеке красовалась ямочка с родинкой. Такая привлекательная особенность, особенно у парней. — Конечно играю, я атакующий. — Он посерьезнел. — Пошли, нам в одну сторону. Они двинулись к полю. Мейсон шел впереди, волоча клюшку по земле, Эйлин брела справа от него. Со стороны леса подул легкий ветер, и Эйлин ощутила аромат мужского одеколона. «Как он вкусно пахнет». Эйлин сразу покраснела от своей мысли. Почему она вообще думает о запахе Мейсона? Но аромат парфюма вперемешку с сигаретным дымом впился ей в память еще в первый день встречи, когда Мейсон проскочил мимо, подарив лишь холодный взгляд. — Вот поле. — Он остановился и указал клюшкой вниз с горки. Там было по-спортивному красиво: огромную территорию покрывал идеально подстриженный газон, по бокам стояли трибуны, а над полем возвышалось табло с надписью « “Драконы” и “Волки”». — Кто такие «Волки»? — Наши противники, игра через две недели, решающий матч, — сухо ответил Мейсон. — Волнуешься? — Хотя Эйлин не чувствовала от него нервозности. — А чего мне волноваться? Мое дело — быть жестким и обездвиживать противников. — В его голосе действительно не чувствовалось переживаний. — Мейсон, ты идешь? Только тебя ждем! — К ним подошел блондин с голубыми глазами. Эйлин сразу подумала, что видела таких парней на обложках журналов. Слишком смазливый для своего телосложения. — Пошли, Дэн. Увидимся! — Мейсон кивнул и последовал за товарищем. Эйлин стояла на горке и смотрела им вслед. Она задумалась о том, что каждый человек в этой школе был для нее загадкой, закрытой книгой, которую предстояло открыть и прочитать. «Не верится, что все это и правда происходит со мной». Эйлин думала, словно вот-вот проснется дома у себя в комнате. Мама, как обычно, будет кружиться вокруг Таши, а папа — читать газету. Когда на выходных раздали телефоны и Эйлин набрала номер мамы, та не ответила — ни в субботу, ни в воскресенье.