— Правда?
Я киваю.
Он смеётся.
— Что, без причины?
— Какая может быть причина для подобных действий! Она опасна для общества! Ломка, наверное…
— Какая ломка? Вы в своём уме? Преподаёте здесь и не можете сложить два и два? Она истинная дракона. Причём того, кто обладает большой силой. И если вас это волнует больше, закономерно, что и большой властью. Она пришла не к вам на урок, а к директору для того, чтобы он показал ей школу.
— Ну… — едва ли не заикается миссис Ретти. — Она могла бы хотя бы представится. И не липнуть к парням с порога. Что мне было думать?
— Вы не подумали, что она не говорила, потому что не может говорить? — рявкает Квент, отчего-то его насмешливость вмиг стала какой-то взвинченной.
— Немая что ли?
— Дошло?
Он рывком встаёт рядом с ней, вырывает губку из её рук и стирает всё, что было написано на доске.
— Сейчас идёт предмет мистера Томпсона, вы согласовали с ним литературу?
— Она никому не помешает…
— У вас для этого есть свои часы.
Он бы ещё долго отчитывал её, словно девчонку, почему-то я в этом не сомневаюсь. Но больше терпеть у меня нет сил, и мне снова приходится выйти из класса.
Ноги дрожат, в горле застрял ком, зубы такими темпами скоро и вовсе сотрутся друг о друга.
Вот же… урод!
Он, должно быть очень довольный собой, выходит из класса. Подходит ко мне, собирается что-то сказать, но я больше не намерена слушать и отвешиваю ему пощёчину, встав на носочки.
Глава 7. Свет
Я не люблю, когда зажигается свет.
Вид у него такой, словно ударит в ответ.
В глазах проблёскивает что-то тёмное, но в следующий же миг в них не остается ничего, кроме вальяжного, насмешливого непонимания.
Квент усмехается, нависая надо мной. От его мускулистого, сильного тела исходит жар, мне становится страшно, но это не мешает попыткам оттолкнуть и вновь влепить пощёчину.
— Что не так?
Я скалюсь в ответ, вытянувшись по струнке.
Ещё спрашивает! Ну, разумеется, он даже не подумал о том, что я не просила вмешиваться. Но ведь узнал, что за себя отомстила сама, и мне не нужен ангел-хранитель, который придёт добивать тех, кого я не добила, и объяснять мои мотивы. Со стороны всё выглядит так, будто бы я пожаловалась, а такое никому не нравится.
Он выставил меня слабой немой девочкой, на которую набросились чудовища.
А я
не
такая!
Не говоря уже о том, что он только подтвердил претензии сумасшедшей училки по поводу моих отношений с противоположным полом.
В приюте после такого нужно было бы ходить и оглядываться, все бы ждали, когда я надоем «крутому парню», чтобы отомстить за то, что меня кто-то когда-то защитил.