— Если тебя всё устраивает. Устраивает его преследования — окей, я постою в сторонке. Навязываться не собираюсь.
Ставлю стакан с громким стуком обратно. Нахожу в рюкзаке дурацкий блокнот и перевожу хмурый взгляд на незваного гостя.
Он подходит ближе, смотрит ледяным взглядом сверху вниз и облизывается.
А затем просто до одури произносит, передёрнув плечом:
— Будем встречаться? Спрашиваю в последний раз.
Я поджимаю губы. К глотке подкатывает лёгкая тошнота. То ли из-за сока, то ли из-за его надменного вида.
Но всё же вывожу на помятом листке:
«Да».
Глава 17. Веселимся
Я чувствую то, что неправильно. Дальше мой мир будто кто-то поставил на быструю перемотку.
Сразу же после решения торчать рядом с Ди, чтобы отвлечься от Квентина, чтобы не отнять у планеты очередного дракона, чтобы не стать роковой ошибкой.
Он уверен, что я — не его истинная. А дракон всегда знает лучше. Значит, нужно держаться подальше.
И пусть плохой парень в чёрной кожанке, от которого пахнет дымом и ментолом, станет стеной между нами, потому что себе я больше не доверяю.
Мои мысли заняты этим, заняты маленькой, никчёмной драмой.
И я совершенно забываю о своей собственной судьбе. Стану ли я истинной? Останусь ли в Драгон-Холле? И что будет после?
Ди садится прямо на пол и смотрит на меня уже снизу вверх, внимательно и пугающе. А я, вообще-то, поесть собираюсь. Он пальцами касается моих бедёр, они бледные с ломкой, тонкой кожей. Тут же остаются красные следы. Ему очевидно нравится, а я закашливаюсь, подавившись яичницей.
Неловко и смешно.
А, впрочем, он сам напрашивался на эти «отношения». Хотел девушку, которая разваливается от одного чиха, не то что прикосновения? Получай.
Но всё же нужно уточнить.
Коряво пишу в блокноте:
«Никакого секса. И поцелуев. И вообще...»
— А зачем тогда? — он выгибает красивую, светлую бровь.
Передёргиваю плечом. Мне вот отвлечься надо от полузнакомого идиота, эротический сон напугал до чёртиков. Никогда такое раньше не снилось. Так что пусть сыночек верховного судьи меня развлекает.
А если не хочет — знает, где дверь.
Он усмехается.
— Может быть, я заставлю тебя передумать, а?
Мне интересно, для чего он так старается, почему суёт свой очаровательный носик в мои дела и дела Квентина?
«Зачем тебе всё это?»
Выписываю в блокноте после того, как закончила с завтраком — с трудом запихала в себя четверть порции.
— Хочется. А я всегда добиваюсь того, чего хочу.
Его родителям стоило бы озаботиться склонностью сына к некрофилии.
Ох уж эти причуды богатых.
За руку, как в первый раз, он провожает меня до кабинета директора на первом этаже. Целует пальцы, будто — опять же — снимается в каком-то сопливом фильме, играет роль, думает, что его снимают. Или что я на это ведусь.