— Уже разумнее. Сотню, может, и разрешу выделить. Но для чего?

— Так… Мне нужен не банковский процент. Мне нужно нечто, способное заметно увеличить капитал. В идеале превратить сотню золотых в двенадцать тысяч за несколько лет.

Эдвин даже не усмехнулся. Если бы он рассмеялся, можно было бы хотя бы обиду изобразить, а так он просто посмотрел на меня с деловой усталостью человека, которому предлагают купить карту к сокровищам, нарисованную на салфетке.

— С таким подходом я не дам тебе снять со счета и десяток золотых, — сказал отец.

— Ни одного варианта?

— Почему? Есть десятки способов получить шестикратную прибыль. Только почти все они сопровождаются высокой вероятностью потерять весь капитал или нарушить закон, — Эдвин чуть повёл вилкой. — Надежные вложения приносят от трех до шести процентов в год. Хорошие торговые доли — восемь-десять, если год удачный и управляющие не слишком много крадут. Очень прибыльное предприятие может дать пятнадцать или двадцать процентов, но доли в таких предприятиях не продадут незнакомому мальчику только потому, что ему хочется и у него есть деньги.

— Спекуляции?

— Могут удвоить капитал за месяц. Или обнулить его за два дня. Тебе сейчас доступны банковские обязательства и небольшие доли в земельных доходах. Они сохранят деньги, но не сделают тебя богатым.

— А с твоим участием?

— Я могу допустить тебя к одной из семейных инвестиционных долей. Перевозки, типография, страховое общество или мастерские. Но ни одна из них не превратит даже четыреста золотых в десять тысяч.

— Значит, подходящего варианта нет.

— Верно, — спокойно кивнул он, не пытаясь смягчить правду. — Чтобы увеличить капитал хотя бы в шесть раз, ты должен либо создать значительную ценность, либо пойти на чудовищный риск.

— То есть единственный путь — создать своё дело?

— Можно заработать службой, экспедициями, переговорами, удачной находкой, военным контрактом. Но из способов, которые зависят в основном от тебя, — да. Создать новое или значительно улучшить существующее.

Это подвело меня к типографии. Я посмотрел на утреннюю газету, лежавшую рядом с отцовской тарелкой, и раздумывал, что можно с этим сделать.

— Расскажи о нашей типографии, — сказал я.

— Это не наша типография, — поправил отец. — Нам принадлежит три восьмых предприятия Лакнера и сыновей.

— Что они печатают?

— Судебные объявления, лицензии, учебные пособия, отчеты комиссий, городские газеты. Иногда книги.

— Насколько она прибыльна?

— Умеренно. Бумага дорожает, за государственные заказы платят не так много. Газетное направление растёт, и стоило бы сосредоточиться на этом, закупив дополнительные станки, но Лакнер-старший осторожен и не желает расширяться в долг.