Этот легендарный советский раллист принимал машину, которую наша федерация отправила на доработку в Италию несколько лет назад.

В итальянском автоателье Abarth с 50-х занимались подготовкой Фиатов к ралли и гонкам. Они согласились поработать с Жигулями.

СССР заключил контракт и отправил туда два движка и машину. После окончания работы Стасис испытывал машину на Дмитровском полигоне.

Говорят, что выжал из нее 200 км в час, правда, чтобы не бередить души и сердца будущих конкурентов в результаты испытаний внесли 175 км в час.

На этой машине Стасис Брундзе в Греции на международном ралли «Акрополис» 1976 года смог завоевать второе место.

А потом на Вильнюсском авторемонтном заводе Стасису выделили экспериментальный участок, где он создал производство серийных раллийных машин.

Руководству нашего автопрома не нравились многочисленные кулибины, создающие гаражные гибриды из разных деталей.

Наши раллисты перестали показывать стабильные результаты из-за частых поломок и спорных инженерных решений.

Наш автоспорт нуждался не в единичных заряженных экземплярах. Стасис с коллегами всего за год разработали новую конструкторскую документацию и начали выпуск раллийных машин.

Так, к концу 79 года появились первые серийный Лады — 1600.

На тех машинах в кузове ВАЗ-21011 и с двигателем на базе ВАЗ-2106 обкатывались технические решения, позволившие из семейного седана, получить грозного раллийного монстра.

Я любовался нашей работой. Слава вложил в машину всю душу. Иногда мне казалось, что он даже для нашей команды старался меньше.

Они как-то не очень хорошо расстались с прибалтами.

Не поделили ремесленные секреты. Слава предложил решение по форсированию двигателя.

Он знал, как уменьшить массу, потери на трение. Решения Славы успешно внедрили, и это обернулось невиданными результатами. Ранее форсировать моторы Жигулей советским и зарубежным спортсменам обычно удавалось до 130 лошадиных сил. Теперь же вильнюсские двигатели уверенно выдавали 160 лошадей.

Это был настоящий прорыв, даже супер прогрессивные в социалистическом автоспорте, немцы-гэдээроцы не добивались таких результатов.

Но, как это часто бывает, про Славу забыли, а лавры приписали себе.

Может, и не специально. Наш механик долго терпел, ждал, что ему хотя бы скажут спасибо.

Но когда Слава заикнулся о своем рацпредложении и попросил его оценки на собрании трудового коллектива, посвящённом очередной годовщине Великой Октябрьской Революции, его быстро уволили «по собственному желанию».

А фактически за законное требование признать заслуги Славы в процессе совместного создания гоночного авто.