Из-за того, что сосредоточен на белоснежной копейке, я совсем не замечаю как Махарадзе занял позицию справа перед правым поворотом Сейлера.
Теперь мне не некуда смешаться, чтобы закрыть ему возможность обгона по внутренней стороне.
— Делай его. Делай! — хрипит динамик.
К очередному завершению круга снова подхожу третьим. Нас осталось откатать по шесть кругов.
Сзади напирает еще одна машина. Пот заливает глаза, я весь мокрый.
На следующем повороте, после торможения врубаю третью скорость, но Сокол неприятно чихает. В боковое зеркало вижу идущего на обгон мешалу.
Ну уж хренушки! Я не собираюсь уступать. Не на того напали.
Глава 3
(ред) Теперь мне не некуда смещаться, чтобы закрыть ему возможность обгона по внутренней стороне.
— Делай его. Делай! — хрипит динамик.
К очередному завершению круга снова подхожу третьим. Нас осталось откатать по шесть кругов.
Сзади напирает еще одна машина. Пот заливает глаза, я весь мокрый.
На следующем повороте, после торможения врубаю третью скорость, но Сокол неприятно чихает. В боковое зеркало вижу идущего на обгон мешалу.
Ну уж хренушки! Я не собираюсь уступать. Не на того напали.
* * *
На следующем повороте я сделал тоже самое, что только что вытворил гонщик на белоснежной копейке — обошел его справа.
Мне очень хотелось посмотреть в его сторону, чтобы убедиться, что это не Саша, но скорость и трасса этого не позволяли.
Я не был готов рисковать секундами, своим местом в группе лидеров ради ответа на свои догадки.
Сейчас мне нужно обратно «сделать» Махарадзе. На его стороне моральное преимущество. Он зевнул, но тут же исправил свою ошибку.
Я же пробыл лидером слишком короткий промежуток времени.
— Теперь не просри все, Давидик, — опять это снисходительное обращение из динамика. Наверно, оно ужасно бесит Махарадзе, — не дай ему ни одного шанса!
Тем временем Сокол нагонял машину с номером «22» на борту. Сзади завязалась борьба между гонщиком в белом комбинезоне и мешалой.
Последнее, что я увидел, перед тем как скрыться за очередным поворотом, — это вылетающего в лес мешалу. Вот это накал!
Проносясь мимо зрителей, замечаю, что вихрь взвивает вверх юбку одной из девушек. На красивых широких женских бедрах видны черные чулки на подвязках.
Репортеры толпой щелкают нас с Махарадзе на фотокамеры, когда мы завершаем очередной круг и проносимся под надписью
Вслушиваюсь в работу двигателя. Чихов и провалов в скорости больше не ощущается. Наверно в топливо попало небольшое количество грязи.
Я уже плотно сижу на хвосте у Махарадзе. Думаю о том, что странная пара — таксист и «белый» гонщик, невольно выполняют роль непрошенных ангелов хранителей.