Увидев меня, он прервался:

— Каменев?

Я кивнул головой в ответ.

— С прилётом, будешь у нас… он взялся за подбородок и задумался, опустив глаза на асфальт, — «Стоуном» от английского стоун, что означает камень. Не возражаешь?

Он был сухощавым и высоким, с серьёзным выражением физиономии, резкими чертами лица и выпирающими ушами.

Но по тому, как его слушали другие гонщики, можно было понять, что он является авторитетным специалистом.

Инструктор держал в руках что-то типа планшета, на котором была закреплена схема автодрома.

— Меня зовут Андрей, позывной Харди. Присоединяйся, потом в боксе переоденешься.

Я подошёл ближе и перекинулся взглядами с будущими коллегами.

— На чём я остановился? — он немного подумал, потом продолжил. — Да. Как я говорил, длина круга составляет четыре тысячи четыреста шестьдесят метров при минимальной ширине асфальтового покрытия в двенадцать метров. В стартовой зоне длиной двести девяносто метров ширина полотна равняется двадцати четырём метрам. Это надо запомнить наизусть.

Гонщики закивали.

— Трасса имеет четыре опасных поворота-шпильки. Некоторые их называют «ушами», некоторые «яйцами». Если смотреть сверху, то трасса напоминает морду собаки с торчащими вверх ушами.

Он продемонстрировал её на схеме.

— Максимально рекомендуемая скорость вхождения в уши на подготовленных Москвичах — тридцать два километра час. Если больше, то гарантированно улетите.

Он подробно причислял повороты и скорости движения, давая что-то типа стенограммы, которую я получил в Бикерниеки.

— У трассы есть огрехи. Когда укладывали полотно, допустили много ошибок. Она поплыла. Колейность запредельная. Для незнающего это препятствие, для сведущего — преимущество. Опытные гонщики умеют использовать эти неровности в качестве дополнительных упоров при прохождении поворотов.

Он опустил планшет.

— Наши гонщики должны знать каждый миллиметр трассы. А сейчас каждый из вас попробует сделать по три тренировочных круга. Первый вы проходите на минимальной скорости. Изучаете трассу и поведение машины. Не лихачьте. Я знаю, что все вы гонщики.

Он внимательно осмотрел нас, будто пытался убедиться, в том, что все его услышали.

— Второй побыстрее, не больше сотни на прямых, спокойно, без рекордов. И, наконец, третий круг на время. Внимание. Кто ослушается моих инструкций, будет снят с трассы и пойдёт отсюда на хрен, со всеми вытекающими. Это всем ясно.

Гонщики недружно закивали головами. А я просто стоял со сложёнными руками на груди. Это не ускользнуло от внимания Андрея.

— Стоун, ты понял?

— Понял.

— Иди в бокс переодевайся, найди себе комбинезон и шлем. Извини, новых нет. Всё «бэ у». Не торопись, у тебя есть время, ты пойдёшь последним.