— Будем греть основание до 250 градусов, Сань, накручивай гайки.

— Думаешь, все снимем нагревом?

— Неа, я в раньше же в таксопарке работал, как ты знаешь. Мы там не одну сотню движков перебрали. По опыту могу сказать, что успешный выход всех шпилек — сценарий маловероятный, на заводе их жестко загоняют в нарезанную резьбу.

— Может тогда гайку приварить для надежности?

— Не, не стоит: если шпилька не идет, с двумя контргайками, то, скорее всего, и не пойдет, а засверливаться в сделанный самостоятельно аккуратный срез намного удобнее, чем в корявый слом. Ты мой родимый, сейчас мы тебя разберем, вымоем, вычистим, расточим и вылечим.

Он похлопал рукой по движку. В его глаза отражалась любовь к этой неодушевлённой машине, которая без человека могла быть грудой металла, а могла быть и безжалостной убийцей.

Через полчаса я понял, что Слава разбирался в волговских движках, как бог.

В первый день мы сделали много работы. Фрезерную верхнюю поверхность блока по нижней точке, удостоверившись в параллельности коленвалу.

Отработали постели, фрезернули верхнюю плоскость.

Слава оказался отличным расточником. Глеб смотрел на все операции с раскрытым ртом. Я сам впервые видел, как производится капитальный ремонт двигателя. И восхищался навыками Славы.

— Сегодня мы сделали отличную работу и сэкономили почти двадцать девять или тридцать один день своей жизни.

— Это как? — удивился Глеб

— А вот так. Все благодаря нашему Князю и станкам, которые, дай Бог ему здоровья, он с таким усердием собирал все это, — Слава показал на фрезер и шлифовальные станки, — что ему можно памятник ставить.

— Прям-таки, памятник? — ёрничал Глеб

— Молодой ты еще, дурной, Глебушка.

— А при чем тут мой возраст

— А при том, что все слесаря и фрезеровщики, мягко говоря, не жалуют волговские движки. Иными словами тошнит их.

— Что, правда?

— Практически везде, работа с 24-ми движками вызывает у расточников отторжение. С тем, кто пришел, общаются сквозь зубы, сроки затягивают до бесконечности, на работах, требующих особого внимания, стараются схалявничать.

— Ну ведь проверить можно? — спросил я, — вот же справочники есть, глубиномеры, микрометры. Как же они халявничают?

— Очень просто. Начинаешь проверять допуски, обижаются и посылают тебя куда подальше. И не делают работы. Сам таким был. Знаю. Движок с завода говённый приходит. У них там вал. План давай. Экономят время на самых трудоемких операциях. А в гаражных условиях сложно все исправлять, особенно, если двигатель приходит в ремонт убитый, как загнанная лошадь.

— Ну да, оно и понятно. Таксисты тоже — не особо машины берегут.