— Альберт Анатольевич, пройдите, пожалуйста в машину, — прибавив напора в голосе, совершенно не обращая внимания на девушку, произнес Коняев, я успел прочитать только его фамилию.

— Все будет хорошо, — пообещал я ей. Отпустил ее руку, которой она в меня вцепилась, боясь потерять, и полез на заднее пассажирское сидение.

Специально ведь выбрали субботу, чтобы мое начальство и тесть оперативно не вмешались. И теперь они могут меня без напряга до понедельника продержать. Опять какая-то возня вокруг меня началась. Как же это все задолбало! Вот только ехать придется.

— Присаживайтесь, Альберт Анатольевич, — в кабинете, куда меня доставили, меня встретил еще один сотрудник из Москвы и тоже не в форме, а в обычном костюме. Мой, кстати, лучше. Представился он Нечаевым Юрием Владимировичем, старшим старшим следователем комитета государственной безопасности.

Я занял предложенное место напротив стола, за которым расположился следователь, и в ожидании уставился на него. Вернее, сперва я скосил взгляд на окно. Нечаев заметил мой интерес.

— Решетки крепкие, третий этаж, не советую, — предупредил он меня и сразу перешел к делу. Время для шуток прошло. — Вам знаком Лихолетов Антон Семенович?

— Знаком.

— Отлично! Мне нравится, что вы сразу начали сотрудничать, — одобряюще воскликнул Нечаев. — При каких обстоятельствах вы познакомились?

Говорить, что тот пытался меня убить я пока повременил. Понятно, что раз чекисты спрашивают про ювелира, значит они его взяли и он им что-то про меня рассказал, вот только вряд ли про то, что он скинул меня в реку. Ведь взяли они его не из-за покушения на убийство, не их статья, а, скорее всего, по делу о незаконном обороте драгоценных металлов. А Лихолетов вряд ли захочет брать на себя еще одну тяжелую статью.

— Точно не могу сказать. Узнал я об этом человеке, когда находился в составе специальной группы по борьбе с коррупцией…

— Какой еще специальной группы? — перебил меня донельзя удивленный следователь. Он явно не ожидал такое услышать.

— Спецгруппа была создана для противодействия коррупции. — На этом месте я ненадолго замолчал. — Юрий Владимирович если вы хотите узнать о спецгруппе подробнее, вам следует обратиться к моему руководству. А у меня подписка о неразглашении.

Нечаев молчал и задумчиво буровил меня взглядом. Я понял, о чем он сейчас размышляет. В деле появилась какая-то спецгруппа, о наличии которой он даже не предполагал. И вот сейчас он решал, что ему со мной делать дальше в свете открывшихся обстоятельств. Перенести допрос до того, как он поднимет информацию о спецгруппе или продолжить давить сейчас.