Прочитав все документы, которые имелись в деле, я озвучил ответ на задание:

— Самая очевидная версия — подделкой занимается кто-то из сотрудников Гознака, нынешних или бывших.

— Верно, — похвалил меня наставник. — Ее мы и будем отрабатывать первой.

Я польщенно зарделся, именно такой реакции от меня ждали. Хотел еще предложить способ, как быстро выйти на преступников, но в последний момент удалось захлопнуть рот. И без этого уже отличился.

Гражданку Луневу я встречал на КПП. Пришла она не одна, а с супругом, привела его, видимо, для моральной поддержки, так как выглядела излишне бледной. Но я его притормозил, пропуск был выписан Лукашовым только на одно лицо.

— Почему нас вызвали сюда? В чем ее обвиняют? Вы можете мне ответить? — с ходу засыпал меня вопросами Лунев, который тоже не радовал румянцем.

— Успокойтесь, гражданин. Ваша жена вернется к вам примерно через час. Запротоколирую ее показания и отпущу.

От последних моих слов мужик нервно сглотнул.

Пока поднимались на второй этаж, отметил, что свидетельница тоже какая-то напуганная. Идет неуверенно, озирается по сторонам, ну хоть не вздрагивает от каждого шороха. Да и выглядит она сегодня скромнее: краски на лице заметно меньше, вместо шубы пальто с меховым воротником, на пальцах лишь одинокое обручальное кольцо.

— Те две с половиной тысячи мне мама одолжила, а она их скопила с пенсии, — поспешила сообщить Лунева, как только мы вошли в кабинет, и женщина увидела за одним из столов представительного дядьку в форме полковника.

Лукашов, отвлекшись от работы, вопросительно уставился на нее, а женщина не замолкала.

— Мы на море уже три года не ездили. Ну какие в нашей семье могут быть деньги? Не понимаю, зачем вы меня вызвали. Это какое-то недоразумение.

Лукашов изобразил свой фирменный жест — приподнял брови.

— Я думал, ты дело о краже шубы расследуешь, — озвучил он свое удивление.

— Раиса Андреевна, вы присаживайтесь, — показал я женщине на стул для посетителей. — Паспорт давайте.

К допросу я уже приготовился: проверил работу пишущей машинки, что стояла на выделенном мне столе, вставил в нее бланк протокола допроса свидетеля, судя по внушительной стопке бланков, с ними в министерстве проблем не было.

Казалось бы безобидные вопросы для вводной части протокола, о месте рождения допрашиваемого лица, его национальности, месте работы и так далее совершенно доконали Луневу. Пришлось наливать воды, у женщины началась банальная икота.

— Раиса Андреевна, мы можем продолжать? — спросил ее я, когда икота была побеждена с помощью двух стаканов воды.