Пока одни обследовали место преступления, а другие прочесывали округу, пытаясь разыскать по горячим следам преступников, мной занимались врачи скорой помощи.

Оказалось, Митрошин подошел, чтобы самолично выспросить у меня детали нападения. Разумеется, я ему обо всем подробно рассказал.

— Некий Лома навел на меня гопоту, — закончил я излагать обстоятельства дела.

— Что за Лома? — заместитель прокурора был сух и деловит, лишь желваки выдавали бушующие в нем эмоции.

— Не знаю. Никогда о таком не слышал, — пожал я плечами и тут же сморщился от боли. — Скорее всего, обычный наводчик, — выдал я версию. Другой у меня пока не было.

— Не дергайтесь, молодой человек, — приструнил меня, закончивший перевязку врач. В четыре руки они с медсестрой натянули поверх повязки мою же водолазку и вылезли из машины. Догадались, что высокому чину из прокуратуры, о чем они явно узнали из разговоров отирающихся поблизости сотрудников милиции, есть что со мной обсудить.

Митрошин не чинясь залез в машину и уселся рядом со мной на кушетку.

— Со слов Алины выходит, что они хотели ее изнасиловать, — наклонившись к моему уху, тихо произнес он, голос его при этом дрогнул, а зубы скрипнули. — Это так?

— Борис Аркадьевич, дословно они сказали: «И девку оставляй. Мы ее поцелуем. По очереди», — Митрошин тихо зарычал, глаза его заволокло гневом, но это продолжалось лишь несколько секунд, выдохнув, он вновь взял себя в руки.

— Думаю, незачем мою дочь во всю эту грязь впутывать, — произнес он хриплым голосом и многозначительно на меня посмотрел.

— Да, мало ли, что молодой девушке может со страху послышаться, — с готовностью подтвердил я. — Куртка им моя приглянулась и все. А девушки вообще не было. Один я шел.

— Хорошо бы, если так, — вздохнул заместитель прокурора, но принял более расслабленную позу. — Вот только, боюсь, не получится скрыть ее участие.

— Извините, это всё случилось по моей вине, — повинился я перед Митрошиным.

— Не говори глупости, — отмахнулся он от меня, сверкнув глазами. — Если бы не ты, даже думать не хочу, чтобы они с ней сделали.

Мы помолчали.

— Попробую договориться, чтобы Алина не фигурировала в деле, — наконец произнес он. — Жаль не мой район. — Митрошин опять вздохнул, тихо, сквозь зубы, выматерился, а затем, заметив что-то вдали, произнес. — Похоже, Болотов приехал.

— Кто это? — я повернул шею, так как всем телом разворачиваться пока не рискнул.

— Старший следователь прокуратуры Ленинского района. Дежурит сегодня, видимо, — пояснил Митрошин, задумчиво, добавив, — сложный человек, — после чего вылез из машины.