В кабинете с грозной табличкой нас встретила хмурая дама. Судя по выражению лица, жизнь ее явно не радовала. Полноватая, с двойным подбородком с накрашенными черными бровями и алыми губами. Она мне сразу не понравилась, как и ее похожий на склеп кабинет. Деревянные панели во всю стену, непрезентабельный длинный стол, обставленный со всех сторон стульями, плотные бордовые шторы, отсекающие солнечный свет.
— Марья Сергеевна, я вам Альберта Чапыру привела. Я вчера вам от него заявление передавала, — сразу же пояснила Лебедева, а то хозяйка слишком уж недовольно на меня глянула.
— А, вчерашний пострадавший, — голос прозвучал грубо и пронзительно. — Что же вы товарищ Чапыра по сторонам то не смотрите? — строго спросила она меня.
— Не я виноват в аварии, уважаемая Марья Сергеевна, — я располагающе улыбнулся.
Дав взглядом понять, что она мне ни на грош не верит, профсоюзная дама подошла к столу, вытащила из стопки бумаг мое заявление с резолюцией и передала его мне.
— С этим подойдете к кассиру, — отпустила она нас барственным тоном.
Выйдя в коридор, я уткнулся в резолюцию и прочитал «в размере стипендии». Интересно это сколько?
— Ну все, больше тебе моя помощь не нужна? — услышал я голос Лебедевой, что терпеливо ожидала пока я пересчитаю, выданные в кассе деньги.
— Пятьдесят рублей, — озвучил я вслух сумму.
— Это максимальная помощь для студента, — пояснила мне комсорг.
— Танюша, ты лучшая!
И прежде чем девушка успела среагировать, я приобнял ее за талию, подтянул к себе и смачно поцеловал в губы.
— Оооо! — услышал я голоса, находящихся поблизости студентов, а затем мне прилетела звучная пощечина и гневные возгласы Лебедевой.
— Чапыра! Как тебе не стыдно?! Руки убрал!
Татьяна стояла раскрасневшаяся, очки у нее съехали, а глаза сверкали от негодования.
Я озадачено почесал затылок, вспомнив при этом, что пора навестить парикмахера.
— Ну, извини, — пожал я плечами, не понимая, как обычный поцелуй мог спровоцировать такую бурную реакцию.
«Дикая она какая-то» — думал я про себя, двигаясь в сторону выхода.
Глава 3
По пути в парикмахерскую я решил заскочить на юрфак, узнать дату защиты диплома. Вчера в общаге я ведь не только бухал и тискал девчонку, главное, я собирал информацию. И выяснил, что госы Альберт уже сдал, чему я очень обрадовался. Сам бы я их завалил со сто процентной вероятностью. Законодательство здесь совершенно другое, не то что я изучал в своем времени. Да еще и местные выверты типа Истории КПСС или Научного Коммунизма, в которых я ни в зуб ногой.
Так что мне осталось защитить диплом и дождаться распределения. Вот, кстати, еще один местный выверт. Студентов после обучения заставляют отрабатывать это обучение несколько лет. Причем, судя по уверениям вчерашних собутыльников, законопатить могут в такую дыру, после которой райцентр покажется столицей. Такая участь грозит и моему Альберту. Он здесь, оказывается, местный возмутитель спокойствия, головная боль руководства ВУЗа и комсомольских вожаков. На вчерашнем комсомольском собрании Альберта должны были в очередной раз пропесочить за неподобающий строителю коммунизма внешний вид, но вместо этого Альберт угодил под машину, что его и спасло от разборок.