— Да нормально все со мной, идти мне надо, — поморщился я от навязчивой заботы и как аргумент добавил. — На комсомольское собрание.
— Протокол подпиши и иди, комсомолец, — подсуетился с протоколом Попов, сунув мне его в руки.
— В райотдел бы надо заехать, объяснения взять, — забеспокоился Горзеев.
— Да завтра подъедут, все же живы, — отмахнулся Попов. Его явно наше ДТП до печенок уже пробрало.
Первым делом я посмотрел дату, именно она меня больше всего сейчас интересовала — 18.06.1976 года. На дате я и завис ненадолго. Да уж занесло. Текст протокола со схемой я просмотрел бегло, подписал их буквой «Ч» с завитком и, прихрамывая, поплелся в сторону Лебедевой. Смысла торчать здесь и что-то доказывать именно сейчас не было. Свидетелей нет, тормозной путь короткий, она водитель, я пешеход, так что как-нибудь потом отбрехаюсь. А вот устраиваться в этой жизни нужно уже сегодня, Лебедева же — ключ от этой новой жизни, удачно подвернувшийся мне ключ.
Глава 2
— Чапыра, а ты вообще как себя чувствуешь? — нарушила тишину Лебедева, когда мы зашли на территорию студенческого городка.
— Да как тебе сказать, — неопределенно начал я, соображая, как бы половчее из нее информацию выудить.
— Вижу, что сегодня от тебя толку не будет, — перебила комсорг, оценивающе рассматривая хромающего меня через свои окуляры.
Девушка вздохнула, что-то прикинув в уме.
— Ладно, пошли до общежития тебя провожу, а то упадешь еще по дороге. А мне потом отписывайся, — резюмировала она итог своих размышлений.
«Общежития?! — не на шутку встревожился я. — Прощай моя двухуровневая квартира?»
Мы подошли к унылому пятиэтажному зданию из серого кирпича. В мое время его фасад был облицован панелями, из-за чего общежитие имело более презентабельный вид.
Мы прошли холл, на ходу обменявшись приветствиями с выглянувшей из служебного помещения вахтершей. Поднялись по щербатой лестнице с погнутыми перилами на третий этаж и уткнулись в одну из дверей.
Лебедева безрезультатно подергала ручку.
— Открывай. Чего ждешь? — поторопила она меня.
Я вновь ощупал свои карманы и нашел-таки заветный ключик.
Дверь распахнулась, и я с опаской замер на пороге, не решаясь сделать еще один шаг в новую жизнь. Но долго рефлексировать мне не дали, беспардонно протолкнув внутрь комнаты.
— Ну вы и свиньи, — неодобрительно произнесла комсорг, намекая на бардак в комнате. Девушка стремительно подошла к заваленному учебниками, конспектами и посудой столу. — Пойду воду тебе принесу, — добавила она, схватив пустой стеклянный графин. — А ты, Чапыра ложись, а то что-то шатает тебя.