— Ээээ, — протянул я и принялся шлепать по своим карманам. В рубашке отыскался студенческий билет.

Только я собрался его раскрыть и посмотреть что там внутри, как лейтенант ловким движением завладел найденной мною ксивой.

— Такс, Чапыра Альберт Анатольевич.

«Кто?» — от потрясения я закашлялся.

— Пятый курс, — продолжил он читать содержание билета, бросив взгляд в сторону крайнего корпуса универа. — Ну так и что произошло, гражданин Чапыра, — вернулся он к опросу.

— Ну, я переходил дорогу, а тут машина откуда-то вырулила. Не успел отскочить, — начал я импровизировать. Черт знает, что там произошло на самом деле, но вот лучше бы не меня признали виновным. Я еще не разобрался с тем во что вляпался и лишние проблемы мне были не нужны.

— Это я вырулила?! — возмутилась Ольга Васильевна. Ее глаза сверкали в гневе. Женщина обличительно ткнула в мою сторону пальцем. — Это ты бросился под мою машину!

— Да неужели? — ухмыльнулся я, но тут же посерьезнел. Если решат, что я самоубийца, то в психушку запекут на обследование. — Товарищ лейтенант, я из университета в магазин шел. Просто шел, не бежал, из кустов не выскакивал, водителей не пугал. А вот она, — теперь уже я выставил свой палец, — гоняет по городу как по трассе Париж-Дакар.

Зудилина от моего спича покраснела, открыла рот чтобы обрушиться с обвинениями, но тут неожиданно меня поддержала толпа. Люди, как оказалось, никуда не ушли, они с интересом следили за происходящим и даже решили поучаствовать в веселье.

— Она, она виновата! — закричала бабка, потрясая клюкой. — Чуть человека жизни не лишила!

— Гоняют словно шальные! Дорогу перейти спокойно не дают! — перебивали ее женские голоса.

— Баба за рулем — обезьяна с гранатой, — заглушил всех мужской бас.

— А ну тихо! — это уже гаркнул лейтенант Попов. — Кто из вас видел момент аварии?

— Так это… Да я уже после подошел, — послышались голоса.

Зудилина просветлела лицом. Ответы ее явно воодушевили, и женщина вновь бросилась в наступление.

— Не видели, а наговариваете! Что за люди?! — закричала она. — Это он мне под колеса прыгнул и врет! Бессовестный!

— Гражданочка, не кричите так, — поморщился Попов. — Сейчас во всем разберемся. Он вытащил из планшета чистый лист бумаги и принялся рисовать схему, периодически уточняя информацию у коллеги.

Неожиданно воздух со свистом резанула промелькнувшая немного в стороне от меня клюка.

— Это кого ты тут лгуньей назвала?! — закричала старуха и начала надвигаться на Зудилину. По ходу она только что переварила слова Ольги и каким-то образом все сказанное водителем приняла на свой счет. — Да как ты смеешь?! Я ветеран, орденоносец! — клюка стучала по асфальту, старуха надвигалась. Зудилина отступая, нырнула за спину все еще поддерживающего меня Горзеева, и я оказался первым на пути разгневанной старухи. Первому мне и прилетело клюкой. Хрупкое равновесие было нарушено и я начал оседать.