«Надо было у портного спросить. Он же из местных и судя по всему участвует в серых схемах. Может с местным риелтором знаком, или маклером, или как там они сейчас называются», — сетовал я на свою несообразительность, устремив стопы в сторону общежития. Но сперва нужно было зайти подкрепиться.

В студенческой столовой я неожиданно встретил Юрова. Он сидел в одиночестве и, пережевывая пищу, задумчиво смотрел в свою тарелку.

Я подсел напротив.

— Чего тебе? — поднял он на меня глаза.

— Спросить хочу, — спокойно ответил я.

— Шел бы ты…в общем, туда, куда шел, — поиграв желваками, предложил он мне свалить куда подальше.

— Спрошу и пойду, — покладисто пообещал я.

Юров выдохнул.

— Чего тебе?

— Почему Анапский район, а не Магадан? — ответ на этот вопрос меня действительно занимал, ведь не совсем же дыру предложили. Или я чего-то не понимаю? Вот и спросил, чтобы понять.

— В план распределения этого года не включили территории за Уралом, — спокойно ответил он, уже обуздав свои первоначальные эмоции при виде меня, — а Анапский район находится отсюда дальше всех.

Мы помолчали.

— Узнал, что хотел? Теперь можешь идти, — сообщил об окончании аудиенции секретарь комитета комсомола и демонстративно засунул себе в рок остатки котлеты.

— Еще один вопрос, — отозвался я, не обращая внимания на жующего и делающего вид, что меня нет Юрова.

Раз тот не отозвался, я продолжил.

— А зачем тебе вообще понадобилось меня куда-то отсылать? Зачем пытался выкинуть меня из комсомола и из университета? Нахрена тебе, секретарю комитета комсомола, сдался простой студент из глубокой провинции?

Товарищ Юров не реагировал, знал себе пережевывал котлету.

— Дело в бабе? Месть? — принялся строить я предположения.

Наконец Юров положил вилку на тарелку и вновь навел на меня свой взгляд.

— Не нравишься ты мне, — просто ответил он.

Понятно. Имеет место личная ничем не мотивированная неприязнь. Неожиданно, но вполне себе обыденно и объяснимо. Люди вообще склонны придавать значение своим симпатиям и антипатиям, холить их и лелеять. Бессмысленная травля ради травли тому яркий пример.

Я откинулся на спинку стула и посмотрел в сторону раздачи. Нужно было поесть и идти в общагу. Обещал же еще с Лехой встретиться, а раз обещал, значит надо двигать.

— Ты, Чапыра, никакой не комсомолец, — между тем продолжал Юров, видимо, не заметив потерю мною к нему интереса или просто уже не мог остановиться, что называется, прорвало. — Ты асоциальный тип! Чтобы добиться своего ты прибегаешь к угрозам, обману и шантажу. Ты не советский человек! Я делал все, чтобы очистить город от твоего присутствия! — желваки на лице Юрова вновь ходили, глаза горели фанатичным блеском.