— Даже не думай, — за спиной раздался голос сестры Альберта, — знаю, это твоя любимая мамина работа, но она останется здесь, в доме где жила мама.

— Не думаю. Просто смотрю, — уверил я ее.

— Пойду соображу что-нибудь на стол. Голодный небось, — произнеся это, Клара зашла в прикрытый шторой проем между стеной и печью.

Я сбросил рюкзак на пол, а сам уселся рядом на диван. Это стало моей стратегической ошибкой. Влетевшая в комнату девочка с веселым гиканьем запрыгнула мне на колени.

— Сыграем в ладушки? — предложила она мне с ходу.

— Я не умею, — попытался я откосить.

— Забыл что ли? — удивилась она, но безусловно поверила.

Наивный, но приставучий ребенок.

— Но ничего, я тебя научу, — обрадовала она меня.

И научила. Так что появившемуся новому лицу я был безмерно рад. Внимание девочки переключилось на него, и я был на какое-то время оставлен в покое.

— Папа пришел, — закричала она и вихрем метнулась к зашедшему в дом мужчине, которого тоже не было на фотографиях.

Он был высок, широкоплеч, его трехдневная щетина в сочетании с ультракороткой стрижкой были необычны для этого времени.

— Здорово, — поставив дочь на пол, протянул он мне мозолистую руку. — Как доехал?

— Нормально, — дежурно ответил я, рассматривая пятна от малины на своей белой футболке.

Из кухни выглянула Клара.

— Мойте руки и садитесь есть, — сказала она.

Мы прошли за как бы моей сестрой. Впереди шел как бы мой зять, на его ноге висела как бы моя племянница. Меня ждал веселый уикенд.

— Паша, долей воды, — попросила Клара, кивнув на умывальник.

Обычный такой деревенский умывальник или рукомойник, не знаю, как он правильно называется, видел у кого-то в саду на даче: жмешь рукой на клапан вверх и из отверстия льется холодная вода. Только сейчас мы не в саду, а в доме. Значит центрального водоснабжения здесь нет. Мысли сразу сместились на туалетную тему и мне стало совсем грустно. Сбоку всхрапнул допотопный холодильник «Смоленск», разделяя мои чувства.

Щи оказались бесподобными. Отлично зашла печеная с зеленью и сметаной молодая картошка, понравилась и обжаренная в муке с яйцом речная рыба. Под выставленную Павлом водку она шла особенно хорошо. Из выложенных на стол свежих огурцов и редиса я в одного умял половину. Как же давно я так вкусно не ел. Довольный я привалился спиной к стоящей позади меня печи.

— Ну что рассказывай, — убедившись, что я наелся, Клара начала допрос, — как защитился, куда распределили, где жить будешь?

— Хорошо, следователем в райотдел, жить буду в общежитии, — отчитался я.

— В городе что ли остаешься? — уточнил Павел.