Дверь распахнулась рывком, никто не зашел. У Адриана округлились глаза. Бум — удар моего сердца. Я шагаю в проем: в полуметре от меня стоит бородатый мужик, страшными глазами смотрит на моих застывших бойцов, двумя руками держа пистолет перед собой. Без замаха я быстро и плавно бью его ножом под подбородок, наискосок снизу вверх. Сила тут даже и не нужна особо, важна точность. Нож легко заходит по рукоять. Мне на руку льется теплая кровь, когда я поворачиваю лезвие. Его глаза стекленеют, он умер почти мгновенно. Я подхватываю падающее тело левой рукой, и едва не вскрикиваю от боли — укус волка никуда не делся, а мужик весит немало. Тем не менее, я опускаю тело на пол прямо в проходе, почти без звука, и только тогда выдергиваю нож, глядя, как быстро растекается темная кровь, впитываясь в ковер торгового зала. Я разжимаю вялые пальцы трупа, и забираю его пистолет. Я знаю это оружие, и умею с ним обращаться. Выбрасываю обойму — там всего четыре патрона. Выщелкиваю один из ствола, подбираю его с ковра, вставляю в обойму, обойму обратно в рукоять, коротко рвануть затвор, досылая патрон в ствол. Щелчок перезарядки в тишине показался взрывом гранаты, но тут уж ничего не поделать. Проверить предохранитель, большим пальцем сдвигаю его в режим огня. Вот теперь мы повоюем. Оборачиваюсь на своих, не удержавшись от того, чтобы им подмигнуть. На труп, равно как и на расплывающуюся из-под него темную лужу не смотрит никто. Ну да, смерть врага в порядке вещей…

Пистолет перекладываю в левую, хмурясь от боли. Стреляю я с обеих рук, в этом я уверен. А вот в состоянии своей левой я совсем не уверен… Но сейчас мне нужен нож, потому что я готов поспорить, что убежавший вниз товарищ Первый сейчас пойдет смотреть, что же задержало товарища Второго наверху. И я приложу все усилия, чтобы напарники снова воссоединились бы, но уже не в этом мире.

Спрятаться у лестницы нереально — жиденькие деревянные перила, и лестница выходит сразу в торговый зал. Пришлось спешно затаскивать тело Второго в ту каморку, где мы прятались, и всех загнать снова туда. Наскоро обыскал труп в поисках другого оружия или патронов, и ничего не нашел. Обидно. Дверь я оставил на треть приоткрытой, чтобы сразу было понятно, куда пошел потерявшийся боец. Лужу крови даже на темном ковре в полутемном зале видно, если присмотреться. Впрочем, боец с лестницы ее вряд ли сразу заметит, главное, чтобы он в каморку заглянул. И чтобы мои руки не подвели. Организовав засаду, мы затаились. Соседство трупа не очень ободряло, но ничего не поделать.