Быстрее, твою мать!

— Дава-а-а-ай! — я издал натужное рычание, чувствуя вкус крови из прокушенной губы.

Внутри механизма что-то хрустнуло, на красном куполе надо мной тревожно вспыхнули золотые руны, сливаясь в сплошной текст.

ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ ДАВЛЕНИЕ НА ОСЬ. УГРОЗА РАЗРУШЕНИЯ ПРИВОДА!

— Плевать! — прохрипел я, вкладывая в рывок остатки сил. — Поворачивайся, сука!

Раздался оглушительный, почти болезненный лязг, и бронзовый стопор лопнул, осыпав мои руки острой металлической крошкой. Линза сорвалась с направляющих, Маяк взвыл; система включила сирену, заливая фонарную комнату пульсирующим аварийно-красным светом. На куполе высветилось.

СИСТЕМНЫЙ СБОЙ: ПРИВОД ВРАЩЕНИЯ СЛОМАН. АКТИВИРОВАНО РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ.

— Сказал же, потом! — рявкнул я на мигающие руны, перехватывая освободившуюся тяжёлую раму. Луч прожектора упал с неба и мазнул по воде. Я лихорадочно корректировал направление, ловя лодку. Мимо! Ещё толчок. Вот они!

В этот самый миг позади кормы раскрылась чудовищная пасть, перед глазом подзорной трубы распахнулась бездна, усеянная зубами размером в человеческий рост.

— Господи!

Мир на миг замер, но тут же вернулся в исходную.

Десять метров!

На лодке раздался истошный женский крик.

Пять метров!

Если луч плавит металл, то не побрезгует и этой тварью! Сейчас! Небольшой толчок в бок линзы, и световой пучок упёрся прямо в огромный глаз. Маяк содрогнулся. Низкочастотный рёв, преодолев километр, ударил в стёкла смотровой площадки, вибрация прошла сквозь моё тело. Ослеплённая громадина ринулась под воду, подняв волну, подбросившую шлюпку, как щепку, один из пассажиров не удержался и с плеском вылетел за борт. На лодке началась паника. Я видел в трубу, как хаотично замелькали вёсла, как чьи-то руки вцепились в одежду упавшего, затягивая его обратно.

Вода вокруг шлюпки успокаивалась.

— Ну же, где ты? — шептал я, вытирая рукавом со лба пот. — Победил?

Монстр исчез, на поверхности остались только белые пятна пены и крошечная шлюпка, которая теперь казалась ещё меньше и беззащитнее.

Я решил светить прямо перед лодкой, прокладывая световую дорогу на случай опасности. А опасаться было чего.

Впереди, метрах в ста от шлюпки, над водой простиралась стена серого тумана, он уже почуял добычу и медленно тронулся навстречу. Гребцы, завидев эту преграду, вдруг перестали грести, а потом начали разворачивали нос в сторону открытого океана.

— Идиоты! — заорал я, с горечью понимая, что мои крик они не услышат, и ударил по раме кристалла. — Нельзя туда! Нельзя!

Я мог общаться с ними только светом моего маяка, и они должны мне поверить. Под моими усилиями луч пополз по воде в сторону грязного дыма.