Что же до Рогнеды, нервничающей по поводу находящихся в Киеве детей, то ее приходилось то успокаивать самому, то' сдавать на руки' либо Змейке, либо вездесущим сестричкам, Софье с Еленой. Они, хитрые бестии, появились как-то сами собой, без приглашения. Просто на первой же ночевке появились возле костра, где я расположился со своим ближним кругом, А появившись, скорчили умильные гримаски и заявили, что не могли не появиться в преддверии столь важного и значимого события. Ну вот что с ними было делать? Женское очарование — воистину страшное оружие! Плюс и польза от них бывала, да не так чтобы редко.

Переход и ночевка в укрепленном лагере. Затем то же самое… Но к исходу третьего дня мы все таки вышли к Киеву. И сразу же войско стало разворачиваться из походного в боевой порядок. Блокировать обширный город, столицы Руси, мы пока точно не собирались, но вот обозначить свое присутствие и количество следовало. Именно поэтому укрепленный лагерь и разбивался в относительной близости от главных ворот Киева. Тех самых, которые впоследствии назовут Софийскими, а сейчас носящие название Градские.

Видно было, что город оказался подготовлен к обороне. Закрытые ворота, воины на стенах, отсутствие людей за пределами крепостных стен… Ну и прочие признаки, куда менее заметные, но тоже немаловажные.

Мы видели их, они заметили нас. Началась деловитая суета, большая часть которой была для нас незаметной. Нет уж, такого удовольствия как скорый штурм они от нас не дождутся. А вот если сами захотят выйти силами помериться — это со всем нашим удовольствием. Так ведь не доставят, увы и ах. В самом удачном случае попробуют прощупать оборону лагеря небольшими ночными вылазками.

Спустя час, когда минимальные укрепления вокруг лагеря уже были готовы, я собрал всю верхушку войска на важный разговор. Не на воздухе, а в разбитом шатре. Все, как и полагалось в таких случаях: охрана вокруг из проверенно-перепроверенных, затем пустое пространство. Самые надежные меры против любителей пошпионить.

Собрались все, начиная с моих побратимов и заканчивая жрецом Радагастом, неформальным лидеров воинов храмов. И именно сейчас, именно перед ними мне предстояло изложить план действий. Облегчало задачу то, что побратимы и до этого выдвижения к Киеву догадывались. А остальным Ратмир успел намекнуть после нашего с ним разговора. Следовательно…

— Ну что ж, варяги, братья по оружию и по крови. Вот мы и у стен Киева, стольного града. Не так давно никто из нас и помыслить о подобном не мог Но… — сделал я небольшую паузу. — Нашей вины в этом нет, то всем известно. А смуту пора заканчивать, для силы Руси она не полезна. Только заканчивать на наших условиях, главное из которых — отречение от власти Владимира Святославовича и его изгнание.