— Отродье Лилит и Люцифера, вынырнувший из кипящей смолы демон!
— Ваше…
— Простите, магистр, эти слова, да простит мне господь грех сквернословия, относятся к тому, кто стоит за похищением вашего секретаря. Его имя князь Хальфдан, по прозванию Мрачный. Именно он напал на прежнее посольство, именно он собирает противников нынешнего великого князя Киевского. Он — один из главных наших врагов.
— Мелкий князек? — недоверчиво хмыкнул Георгий. — Таких давят, словно надоедливую муху.
— Здесь другая земля, Лигирос! Здешние князья — они словно могущественные феодалы франков или англов. Если великий князь пойдет против из воли и обычаев, то может быть не только сброшен с трона, но и головы лишиться.
— Уверены насчет этого… Хальфдана?
Никакого промедления не последовало. Епископ пробормотал короткое воззвание к богу, после чего процедил, ухватившись за золотой наперсный крест.
— Это он, его повадки! Пройдет мимо главы посольства, но возьмет на растерзание его помощника или переводчика. Того, кто незаметен, но знает все ему необходимое. И дерзость, не имеющая границ! Уверен, что ваш Коллоподий уже на пути в Переяславль. Это большой город. Довольно близкий к Киеву. И он с недавних пор целиком под властью князя Хальфдана.
— Послать вдогон сотню экскувиторов? Ну и в некоторым числом людей великого князя, что сопровождают нас.
Михаил сделал несколько шагов и без сил шлепнулся на скамью. Ноги у него с трудом держали тело, ослабев от пережитого потрясения.
— Нет… бесполезно. За несколько часов и на хороших лошадях по наезженной дороге они уже далеко. Не догнать. Было бы их много — другое дело. Да и не уверен я, что на нас не нападут посреди дороги.
— Не посмеют!
— Посмеют. Фока, — грустно вымолвил епископ и развел руками. — Второй раз мы позволили врагам нашего императора получить все сведения о его посольстве. Нам остается только не допустить больше промашек и прибыть в Киев поскорее. И вот что, магистр…
— Да, Ваше Преосвященство?
— Отпишите императору, что великий князь Владимир нуждается внас еще больше чем мы думали.
— Как и мы в нем…
Воцарившееся молчание как нельзя более точно свидетельствовало о мрачном настроении всех присутствующих. А заодно и о том, что даже малый камень, попавший в сложный механизм, способен нарушить его работу. Что уж говорить о хитросплетениях политики, что так сложно заставить работать в свою пользу и так легко разрушить столь труднодостижимое положение.
Глава 8
Февраль (сечень), 987 год. Переяславль.
Десятый век… При всем моем к нему уважении в смысле развлечений тут бедновато. Или же они мне совершенно неинтересны, что тоже не есть хорошо. Вот и приходится выкручиваться в меру сил и возможностей.