Политик. Судя по всему, инстинктивный, необученный, но способный развернуться, если дать волю и натаскать. Вот надо ли оно мне — это еще большой такой вопрос. Но вопрос значимый, поэтому его надо думать. Потом, когда ситуация будет более подходящей. Сейчас же все мои мысли о возможной схватке с княжескими дружинниками, коих где-то около трех сотен.
Арбалетчики готовы стрелять, ну а внешние линии строя прикрывают стрелков. Даль, что хирдманы других ярлов вводимой мной тактики не ведают, потому помощи в ее реализации ждать не приходится. Ну да и не критично, обойдусь. Использовать преимущество новых, более мощных арбалетов мы как раз и будем, если бой все же начнется. Но лучше бы без него. Рано еще!
Впрочем, это будет зависеть… от переговорщиков. Вот они, числом пять, отделяются от массы конников и скачут вперед. Луков при них нет, щиты за спинами, то есть все, как и полагается в таких случаях. Что ж, будем говорить, господа вы мои нехорошие.
Глава 5
Декабрь (студень), 986 год. Где-то между Киевом и Переяславлем.
Переговоры. Вести их вот так, на поле возможного боя, как-то не доводилось. Это я про собственный опыт, а не позаимствованный из чужой памяти. Зато есть на что опираться, профаном выглядеть точно не буду.
Пятерка парламентеров останавливается неподалеку от первого ряда хирдманов. Лиц не скрывают, один и вовсе шлем снял, показывая лицо… очень знакомое. Ба, какие люди пожаловали, да почти что без охраны! Что ж, к такому переговорщику и выехать не грех. Разумеется, в сопровождении хирдманов, готовых прикрыть щитами, и от строя дальше, чем на несколько метров не удаляясь. И пешком, потому как коня разворачивать, да с моим то хиленьким умением…
Спешиваюсь. Змейка рвется было составить компанию, но ее одергивает Магнус, веско заявивший:
— Ты чего, о дуб головой с утра билась? Хирдмана прикрывать двоих сложно. А увеличивать охрану — перед людьми себя излишне опасающимся показать. Сейчас ты там только помешаешь. Да и беспокоиться будет, на тебя отвлекаться.
— А-а…
— Вот тебе и «а-а».
Забавный вышел у этой парочки обмен репликами. По крайней мере. настроение они мне приподняли, сами о том не задумываясь. Уже неплохо. Ну а каких-либо пакостей в стиле камикадзе от Добрыни я не опасался. Слишком ценит себя любимого.
Вот и встретились снова. Рядом со мной трое хирдманов-щитовиков, способные в мгновение ока прикрыть со всех сторон, дать добраться до строя и исчезнуть в его глубине. Ну а Добрыня уже слез с коня, улыбку изображает. Получается у него неплохо, лицедейству хорошо жизнь обучила. Серьезный противник, это я уже понять успел. Да и он насчет меня не обольщается.