Гуннар, присутствовавший при чтении послания, попробовал было ехидным образом проехаться по «слишком много о себе мнящим красоткам». Но был остановлен Магнусом, заявившим:

— Эти девицы просто так ничего не предлагают. И раз просят о встрече все детинца, но в Переяславле, то имеют причину. Да и догадываюсь я…

— О чем? — мигом вскинулась Роксана, любившая всякого рода загадки и тайны. — Вроде обычное послание с туманными намеками. Важное и значимое лицо, желательность присутствия «особо добавляющих Переяславлю значимости людей»… Все мы тут значимые. Можем все тут присутствующие на встречу прийти. А что, на это легко! Да и храм посетить можно, богам хвалу вознести за наши успехи.

— Всем — не стоит… Мне, как жрецу, немного более понятно в этой грамотке. Софья и Елена намекают, что прибудет тот, кто выше их в жреческой общности. Тот, кто имеет право просить о встрече, но не желает открытого для всех разговора. И намек на желаемых гостей… Понимаешь, о ком речь идет, Мрачный?

— Где уж тут не понять! Рогнеду с сыном он видеть желает. Или одну Рогнеду, если иного не выйдет. Я же и не знаю, что для нас будет лучше.

— В чем сомнения?

— Не в безопасности, Магнус. Это наш город, сюда могут проникнуть лишь отдельные убийцы, но не их отряды. Просто не уверен, что пареньку, которому и десяти лет от роду нет, стоит присутствовать при чем-то важном. Пусть он уже много чего видел, но…пусть хотя бы часть его детства будет без козней и разговором о крови и смерти. Достаточно и тех учебных часов, когда он наравне с детьми Эйрика, твоими и прочими постигает премудрости боя.

Побратим помялся, будучи в затруднении, но за словом в карман не полез.

— А он просто там покажется, нив каких разговорах участия не примет. Знак его здравия доброго и того, что никто не приневоливает здесь находиться. Мы, избравшие дорогу жреца, это легко увидеть можем.

— Уболтал, языкастый, — улябнулся я, понимая, что провозвестник Локи слова нужные почти всегда найти может. — Тогда только и остается, что предложить это Рогнеде. Упомянув о полезности для нее и вредности для Владимира.

На том и порешили. Равно как и на том, что в главный храм Переяславля направимся мы с Роксаной, Рогнеда с сыном, да собственно Магнус, как жрец бога, которого я, ярл Хальфдан Мрачный, давно еще избрал небесным покровителем себя и всего хирда.

Вот и прибыли в храм нашего города. Хороший такой, добротный, хотя с тем же киевским или новгородским сравнивать было бы неразумно. Не тот размах, не то искусство скульпторов, что высекали статуи богов из должным образом подготовленного дерева.