Когда до Красной оставалось несколько километров, а машина моя взобралась на трассу, что бежала вверх в этом месте, увидел я, как вдали, по обочине, топает пешеход.

Спустя пару мгновений смог я этого пешехода рассмотреть.

Худощавый молодой парень, лет двадцати пяти, одетый в джинсы и заправленную в них черную майку, топал по обочине моей полосы. Вероятно, услышав машину, он обернулся. Стал голосовать.

— Модник какой, — буркнула Марина, — смотри, в джинсах ходить.

— Угу, — сказал я, — и что он у нас забыл? Да еще пешком. Сразу ж видно, что городской. Да не армавирский, а откуда подальше. Макар!

— Ммм?

— У тебя есть, где еще одного пассажира посадить? Подвинешься?

— Мгм.

Я срулил на обочину, наблюдая за тем, как парень бегом догоняет газон. В его руках развивалась джинсовая куртка, которую он снял от жары.

— До Красной докинешь, командир? — Крикнул он мне снизу вверх, — а то я тут застрял, на дороге.

Парень, щурясь от солнца, смотрел на меня снизу вверх. Его пышные русая шевелюра была уложена назад, явно с применением каких-то средств для волос. Сам же он, жевал жвачку, немного неприятно плямкал.

— А как ты тут оказался-то пешим? — Спросил я.

— Да вот, высадили меня по дороге к вашей деревне.

— К станице, — поправил я.

— Ну да! К станице! А мне туда по делам нужно.

— А чего ж ты такого сделал то, что высадили?

Парень смутился. Его глаза забегали туда-сюда.

— Да ничего такого. Просто ехали, болтали. И ну и поспорили немножко. А у мужика, что меня вез, психика оказалась очень уж чувствительная. Ну он меня и высадил.

Я усмехнулся.

— Так что? — Спросил он.

— Прыгай. Довезем. Недалеко тут осталось.

Парень поблагодарил и запрыгнул машину. Марина с Макаром потеснились. Широкие бедра фельдшерши придавили меня ближе к двери. Марина хитро посмотрела мне в глаза. На ее пухлых щечках загорелся румянец, а уголки губ поползли вверх в улыбке.

Оказавшись в кабине, парень со всеми перезнакомился. Оказалось, звали его Василием. А родом он был из столицы. На мой вопрос, чего он забрался к нам, на юг, он уклончиво ответил:

— Да так. Дела у меня тут.

— Это какие ж дела-то? — Хмыкнула Марина.

— Да вот, личные.

— К родственникам? — Спросила девушка.

— Угу, — промычал он немного невнятно.

Некоторое время ехали молча. Вася будто бы мялся. Казалось мне, что он постоянно хочет что-то сказать или спросить, да не решается.

— Жвачку будешь? — обронил он вдруг, доставая из кармана цветастую пачечку жвачки.

Мы с Мариной отказались. Макар же скромно согласился.

— А ты что мнешься? — Сказал я, понимая, что Василий что-то все хочет сказать, но стесняется.