— Землицын я, — я пожал плечами.

— Сени Землицына сынок, что ли?

— Сени Землицына сынок.

— Понятно, — он вздохнул, — знаю я его. Хороший мужик. И к тебе я тоже никакой злости не имею.

— Не имеешь, а плюешься, — с укором посмотрел на него я.

— Дак ведь как не плеваться? — Он развел руками, — когда такая дурацкая привычка у нас в колхозе пошла: присылать на ток одних только молодых до старых! Можно подумать, тут садик детский, аль пансионат для стариков.

— А в чем тут глупость-то?

— Старых, от бутылки не успеваешь отгонять, — он вздохнул, — а молодых… В общем, пойдем со мной, молодой…

— Игорь, — сказал я.

Зав током посмотрел на меня с прищуром, пошевелил желваками.

— Пётр Герасимович, — подал он наконец раздавленную работой ладонь, мы пожали руки.

— Вон, смотри, Игорь, — сказал он, когда мы вышли на улицу, за контору, — видишь старый наш амбар?

— Вижу, — кивнул я.

— Вот скажи. Что, по твоему разумению, с ним неладно?

— Кроме того, — хохотнул я, — что он — дышит на ладан?

— Да. Кроме этого.

Длинное приземистое здание протянулось на той стороне широкой площадки, на которой хранили сырое, только что привезенное с поля зерно. Потом его пропустят через ток, очистят и высушат. А затем направят отлеживаться в амбары, пока не придет время везти его в Армавир, на элеватор. Конечно, сейчас площадка была пуста. Наполнится она, только когда начнется уборка.

Я повременил, бегая взглядом по длинному амбару. Потом все же, зацепился за одну деталь.

— Крышу ему переменили не целиком, — сказал я, — вон там светлый кусок нового шифера. А остальной потемнел уж от времени и осадков.

Завтоком одобрительно покивал.

— Ну так напиши в правление заявление, чтобы справили новую крышу, — улыбнулся я, — а-то связи тут с нами, новенькими, нету. Мы что ли тебе крышу будем крыть?

— Да есть связь, — он вздохнул, — ни в этом, ни в следующем году крышу на этом амбаре ремонтировать не будут. Он вообще служит последний год, пока не отстроим новый. А про новый шифер ты правильно подметил. Вот только дело тут в том, что нам пришлось его насильно менять, — зав током потемнел лицом, — потому как на прошлой неделе прислали шоферка, Саню Матронова. Тоже желторотого. Мы тогда только приступали к очистке этого амбара.

— Въехал в опору? — Догадался я.

Зав током удивленно посмотрел на меня.

— А ты бывал что ли на том старом амбаре?

Все мне стало ясно. Была у этого амбара особенность. Внутри, там, где у нормального хранилища простор, а зерно только у стен лежит, стояли в старике подпорки, чтобы укрепить крышу. И были они очень неудобные для грузовой машины.