Свита нагло ухмыляясь стала обходить нас с двух сторон. Бежать некуда, сзади лестница. Да и мы явно не их первая жертва.
Не знаю, как именно, но этот утырок собирался обойти запреты Древних на нападение. Лазейка явно есть. К счастью, именно в этот момент мне удалось разглядеть неподалёку знакомое лицо:
— Хэй! — замахал я рукой.
Глава 8 Усилители Древних
Дружки Андреаса нас окружили за секунду. У архонтов [6] и абсолютов [7] скорость больше нашей раза в два, даже если мы сами будем под «Ускорением». Можно вытащить чеку из гранаты в разгрузке Принцессы и резко убежать. В таком случае участник Турнира технически сам будем виноват в травме, а то и в своей смерти.
Ещё в прошлый раз бойцы «Романов и КО» путём наблюдения выяснили один интересный момент. Правила зоны отдыха защищают от прямых столкновений с другими участниками Турнира, но никак не защищают от подставы.
Едва я поднял руку, как позади меня раздалось копошение. Смекнув, к чему все идёт, Джуз резко стащил с себя рюкзак, обхватив его руками и ногами. Охотник следом наложил на себя «доспех духа» и «Скольжение».
— Хэй! — помахал я рукой, завидев неподалёку знакомое лицо. — Господин Суреш, где вы пропадали?
Гаус не видел, кто там за его спиной. Не оборачиваясь, призыватель гаденько улыбнулся.
— Юнец… Думаешь, я куплюсь на столь дешёвую уловку? Когда тебя ещё в планах не было, я разводил аристократов так, что меня до сих пор в Штаты не пускают.
Позади меня снова раздалось копошение.
— Брыкается! — довольно хмыкает архонт [6] c соколиными глазами. Глаза метаморфа жадно проходятся по фигуре Принцессы. — Ух! Знатная же дева забрела в наши дремучие края. Чуется мне, порода аристо. Не простая — потомственная кобылка! Да-а, вижу, что не в первом поколении. Осанка, взгляд… запах тоже странный. А-а-а, демонолог⁈
— Скользкий, хе, — хмыкает кто-то ещё со спины, но слева. — Эй, морда! Отлипни от рюкзака. Тогда, так и быть, не стану проводить тебе принудительную дисквалификацию. Получишь свой приз за Турнир…
Не время их слушать. Сейчас нельзя сводить глаз с Гауса. Этот утырок на что-то полагается, действуя столь открыто. На всякий случай накладываю на себя «доспех духа» и «скольжение» на всё, что выше щиколоток.
За спиной Гауса появляется Мохиндер. На лице учёного-абсолюта [7] усталая, но полная энтузиазма улыбка. Некогда чистая светлая рубаха византийца ныне покрыта гарью. Из копны кучерявых волос торчит сломанная ветка. Левая штанина белых шаровар оторвана ниже правого колена.
— Парламентёр? — Мохиндер подходит к нам и с ноткой удивления смотрит на Гауса. — Андреас? Со спины тебя не узнал. Да и прикид у тебя…