— Флоту нужно два-три месяца. Треть кораблей требуют ремонта или их офицеры отправлены в отпуска после морских сражений с турками, — докладывал Михаил Михайлович Голицын. — Заканчивается ремонт сразу четырех линейных кораблей, двух фрегатов.

— Срочно переводите корабли из Архангельска. Какие там силы? — задал я вопрос.

— Один линейный и пять фрегатов, два линейных корабля уже сходят со стапелей, — отвечал генерал-адмирал.

— Отдайте приказ одной из средиземноморских эскадр вернуться в Кронштадт. Может и успеют до начала войны, — сказал я Голицыну и вновь обратился к Бестужеву. — Канцлер, Вам проработать обстановку с датчанами. Было бы хорошо, чтобы они не пропустили англичан в Балтийское море. В этом мы, если нужно, должны союзникам помочь. Знаю о намерении Дании не вмешиваться в войну, но… не для того я отдал им Голштинию и не стал забирать Шлезвиг, чтобы даны отсиживались в сторонке.

— Вы склоняетесь к войне с Пруссией? — спросил Бестужев, вместо того, чтобы взять под козырек и выкрикнуть «есть, будет исполнено!».

— Я допускаю это. Но предстоят разговоры с послами. Заметьте, Алексей Петрович, я выполняю ту работу, которая должна быть вашей, — сказал я и завершил совещание.

Россия была не готова к войне с Пруссией. Уверен, что в этой реальности русская армия более готова к серьезному противостоянию. Большая часть войск уже достаточно понюхали пороху, отрабатывались тактики противодействия косой атаке, как излюбленной тактики Фридриха, неплохое снабжение. Но мы не готовы.

Я готовился именно к этой войне, считая ее главным событием XVIII века и тем фактором, который определял расклад сил и в следующем столетии. Англия, если все пойдет по сценарию той истории, которую я немного, но знаю, должна возвысится именно после Семилетней войны, выдавив Францию из Индии и Северной Америки. Французы же получали такой системный кризис общества и государственной системы, спровоцированный поражениями, что революция стала неизбежной.

Были мысли о том, чтобы пойти на союз с Германией. Что такого сделала та же Австрия для России? Много раз предала? Да, пусть это будет в будущем, но и сейчас и тогда политика сугубо прагматическая и та же Мария Терезия вполне пойдет на союз султаном, если увидит реальную выгоду. Австрийская империя уже не столь важна для России, проблема османов если не решена, то уж точно не настолько актуальна, как в иной реальности.

Да и Франция ни разу нам не друзья, с ними мы и недавно воевали, да и на турецких землях видели друг друга в зрительные трубы, рассматривая неприятельские фортеции.