— Я считаю, Ваше Высочество, что в Москве нужно навести порядок, это безусловно. Методы могут быть таковыми, чтобы жестоко карать татей, но обезопасить мещан, купцов и дворянство, — высказался Трубецкой.

Ответ получился дипломатическим, когда вроде и соглашается, но говорит общие вещи, с чем спорить никто бы не стал. А спрашивал я конкретно. Так и запишем: «Скользкий и умеет приспособиться, умный, способен стать лояльным»!

— Итак, господа, вот что я собираюсь сделать… — начал я описывать концепцию становления Москвы «городом образцового порядка».

Некогда были очень популярны книги, типа «Бандитский Петербург» или «Бандитская Москва». На страницах этих изданий можно было прочитать про историю и, что поразительно, про развитие криминального мира. Именно что развитие, так как во времена, когда я листал эти книги, «воровская» культура была популярной даже в милицейской среде. Так вот, там в увлекательной форме рассказывались похождения «дедов» московского криминала, прежде всего, некоего Ваньки-Каина, вне воровского мира — Ивана Осипова.

Какое же было мое удивление, когда я узнал про самого результативного сыщика Москвы, чье имя волшебным образом оказалось таким же, как и у знаменитого вора — Иван Осипов. Теперь Шешковский, которого я перетащил себе в помощь в Москву, подымает всех наших людей и даже работает в кооперации с Тайной канцелярией, чтобы понять роль этого Ваньки в московских событиях. Шешковский так же прорабатывает Осипова на предмет использование вора в рамках предстоящей операции. Никто в Тайной канцелярии не чинит препятствий. Наверняка, Александр Иванович Шувалов рассчитывает на мировую, дав указания всемерно способствовать разработке того самого Осипова.

То, что уже известно, говорит о недостаточности фантазии составителей книжного альманаха о бандитах Москвы. Но обвинять их не приходится, ибо даже в самые бандитские времена конца двадцатого века представить себе размах, что творится сейчас, просто невозможно. По сути, в Москве существует две власти, и еще непонятно, какая из них могущественнее. Такие деньжищи уходят в тень, что Петра Шувалова, узнай он, «хватил бы Кондратий»!

Ничего нового, что можно было считать новаторством, я не предлагал. Не знаю, как в прошлом (скорее всего подобное было), но в будущем с такой преступностью порой разбирались жестко. Тот же маршал Жуков в Одессе не миндальничал. Но и убивать этих татей я не хотел, они нужны были для иных целей, пусть в итоге оставалось им жить от силы полгода.

— Триста казаков, еще триста конных гайдамаков-сербов, полк егерей — вот сила, которую я хочу привлечь. Нужно было бы больше, но… — я замолчал, чтобы перетерпеть нахлынувшее чувство обиды.