Обернувшись, Тихон заметил, как по лестнице, перешагивая сразу через пару-тройку ступеней, спускается тот самый иеромонах, комплекцией больше похожий на богатыря. С доброй улыбкой на суровом лице бывалого воина. То ещё зрелище, надо сказать. Но Тихон лишь кивнул ему и сказал:

— Я так и понял. А на каком он языке говорит? Его сложно понять.

— Никто не знает. Не нубийский точно, был у нас тут проездом купец-эллин, который знал нубийский. Если интересна его история — я расскажу. Кубва, иди в трапезную. Понял?

— Да, — всё ещё стоя на коленях, сказал арап и склонился до самой земли.

Но с места не сдвинулся.

— Меня, кстати, отцом Михаилом зовут, — сказал монах-священник, подходя прямо к Тихону. — Глеб Гориславович, приветствую вас.

— Приветствую, Ваше Преподобие, — тепло сказал батюшка, отпуская плечи Тихона. — Готовитесь к осенним сборам?

— Ну, можно сказать и так, — хмыкнул монах, поворачиваясь к лестнице: — Доброго дня, Василиса Никитишна. Поздравляю с пополнением в семействе.

— Благодарю вас, отец Михаил, — с тёплой улыбкой сказала матушка, став рядом с Глебом Гориславовичем. — Как ваши племянники?

О, нет, только не обычный светский разговор! За что? Тихону не хотелось знать о племянниках этого монаха! Ему хотелось узнать историю этого юродивого. А, вот и Глаша со свертком ткани, передаёт его не Василисе Никитишне, а Глебу Гориславовичу. Помнит, помнит, что Тихон говорил насчёт тяжестей. Молодец.

— Живы, здоровы, всё хорошо. Так что, ваше благородие, хотите услышать историю этого юродивого?

Матушка с батюшкой украдкой переглянулись и оба тяжело вздохнули.

— Вот и охота тебе страсти отроку рассказывать, Миша? — прошептал иеромонаху Глеб Гориславович.

— Дык, ты думаешь, он от других эту историю не услышит, Глебушка? — фыркнул монах. — Идёмте, я проведу вас до коляски, а заодно и расскажу о делах былого.

Это… Миша?! Глебушка?! То есть это не просто знакомый, это хороший знакомый, возможно, даже друг? Но почему тогда послали за отцом Онуфрием, а не за монахом? Или это старый друг, который уже перешёл в разряд хороших знакомых? Ну, как друзья детства вырастают, жизнь их раскидывает по разным местам и становятся они обычными приятелями, если вообще не теряют связь полностью. И как бы память о детстве греет и позволяет вести себя чуть более неформально наедине, но позвать на помощь уже становится неудобно, проще обратиться к профессионалам.

— Так вот, Тихон Глебович, — сойдя с крыльца, сказал иеромонах отроку. — Сей юродивый попал в Кремны лет пять назад. Плюс-минус. Привез его один купец из королевства в качестве своего раба. Мальчонке тогда лет пятнадцать было, не более. И таскал его за собой этот купец всюду, но обращался — как с вещью. То как подножку при выходе из кареты использует, то в качестве подставки под ноги. Короче, скотское отношение к арапу было. Но мы-то что сделать можем? По их законам — он вещь. По нашим — личное имущество купца, ввезённое на территорию Великого Княжества законно. И подлежащее такому же вывозу, поскольку перепродажа рабов запрещена. Вот только купец оказался дебоширом. И один из его пьяных дебошей закончился попыткой насилия над подавальщицей и смертью дворника, заступившегося за неё.