Марфа, Марфа… А! Жена Никиты Силыча, точно! И мальчишка пяти лет от роду. Ну, тогда точно внук. Не говорит… Ну, причин может быть множество. И, как и сказал Тихон, надо смотреть. На дух, душу, тело и их связи. Возможно всё. Слишком расплывчатый диагноз. Так, стоп. Это, получается, бабушка сейчас с болящим в монастыре живёт, да?

— Понимаю, деда. Мои матушка и батюшка тоже патриарший двор и парочку святых вопросами замучили, когда стало понятно, что я так и останусь слабосилком. В моём случае их несчастье стало вашим благословением. Возможно, что и в случае того ребёнка будет также?

— Да кому он, несчастный, нужен, кроме своих родителей? — горько хмыкнул Никита Силыч, опустив взгляд на свои морщинистые руки.

— Ну, деда, не решай за других, — хмыкнул Тихон, посмотрев в окно. — Я же по меркам князей — что увечный. Но ваша дочь и её муж с радостью назвали меня сыном и стали для меня новой семьёй. Возможно, случай у ребёночка действительно тяжёлый и он даже с обычными мещанами жить не сможет. Но так это ж не конец. Вон, в монастырях половина иноков — как раз такие вот несчастные отроки. Которые в меру своих сил помогают остальным братьям в повседневной жизни. А ведь во многих странах таких деток просто выбрасывают на улицу или заводят в лес и оставляют там. А традиция в голодные годы отводить даже полностью здоровых детей в чащу леса? Нам это кажется дикостью, но это же есть. И никто таких родителей выродками не считает в тех обществах.

— Да знаю, — с болью в голосе сказал деда. — Ловили тут выродков, торгующих детками, которых свои же родители продали. Ты-то откуда об этом знаешь? Тебе ж всего десять, Тихон?

— Да я ж всю библиотеку княжескую перечитал, деда, — с улыбкой сказал Тихон, чувствуя, как Никита Силыч вновь становится похожим на губного старосту больше, чем на старика, чей внук был признан безнадёжно больным. — Ты мне, деда, лучше помоги кое-что по моим соученикам понять. Лёха Погорелов, он чьих будет? Что за семья у него? По реакции одноклассников понял, что он не из простых, но насколько это серьёзно?

— Младший Горелый? — тут же подобравшись, спросил дед. — Он что, пошёл на конфликт с тобой?

— Нет, никакого конфликта со мной. Но не с другими. Поэтому и спрашиваю, насколько он… как сказать точнее… О! Он может стать проблемой для нашей семьи?

— Именно для семьи? — с хитрым прищуром глаз спросил дед. — Не для тебя лично, так?

Тихон на секунду задумался, прикидывая максимально опасные варианты, в которые мог бы завести именно его прямой конфликт с Лёхой и его свитой. Вспомнил парня-здоровяка, мелких пакостников, самого хитрого Лёху. И только потом дал ответ Никите Силычу: