Следующий слой был ещё немного выше; на нём располагались казармы. Это были массивные строения из тяжёлых каменных плит, — собственно, гладкий камень и простые симметричные формы были преобладающими тенденциями в архитектуре Белой Империи. Над каждой казармой возвышалась широкая стометровая башня, вокруг которой, как мушки, парили всадники на голубых птица — это были посадочные площадки. На земле мелькали глубокие ямы. Некоторые из них закрывали каменные плиты — это означало, что внутри очередной воин пытался приручить своего Духовного зверя.
Всадник посмотрел на всё это, улыбнулся своим соратникам, которые, заметив его с крыши одной из башен, стали оживлённо махать, и устремился дальше; его путь лежал в сердце города, на очередную, последнюю возвышенность, на которой стоял акрополь. Это было угловатое строение, как будто вырезанное из цельного камня, стены которого уходили в заоблачную высь. Даже птица не могла летать на такой вышине. Лучи пылыющего солнца были для неё губительны. Чтобы попасть в Белый замок, всаднику пришлось приземлиться на одну из многочисленных бойниц.
После этого воин спешился, кивнул стражнику, продемонстрировал ему золотой амулет и направился во дворец; последний потрясал своим размахом едва ли не больше всего остального города. Его коридоры были настолько высокими, что любой человек чувствовал себя на их фоне заурядной букашкой. Казалось, их построили для великанов и, возможно, так оно и было… В последнее время ходили слухи, что между Белой Империей и Великанами Северных Гор заключили тайный союз.
Стены были голыми, лишенными всякого декора — ещё один пример имперской архитектуры, в которой упор делался на волнующее душу сочетание масштаба и аскетизма.
Посланник шёл на протяжении двадцати минут, прежде чем перед ним показались ворота тронного зала; тогда он вздохнул, повесил голову и размеренно постучал…
Глава 62 Предел
Посланник постучал в каменную дверь и наклонил голову; спустя минуту раздался спокойный голос:
— Входи…
После чего ставни медленно, как будто сами собой, приоткрылись.
За ними находился широкий каменный зал. С трёх сторон его простирались высокие окна, из которых открывался вид на лес, небо и горные вершины. Среднее окно было расположено таким образом, что, если стоять по центру зала, из него можно было видеть все три пылающих солнца, выстроенные в ряд.
Посредине помещения стоял широкий стол из крепкого дерева; прямо сейчас за ним сидел мужчина с длинными фиолетовыми волосами. Немного поодаль, возле окна, стояла женщина в лёгкой белой мантии, на спинку которой разливались её чёрные локоны. Несмотря на порывы сильнейшего ветра, которые бушевали в помещении, — некоторые из них могли приподнять над землёй взрослого человека, — и волосы женщины, и её мантия были совершенно неподвижны.