— Туда, — Джер указал на горизонт. — Здесь… система пишет, что связь нестабильна и прямое перемещение в локус невозможно… и что информации нет, но есть соединение локусов… пока не знаю, что это… в общем, надо идти.
Надо.
Что сказать.
Мы в город Изумрудный идем дорогой трудной… впору напевать.
Идем.
Впереди вышагивает Джер, как единственный, кто способен найти дорогу в этом, отвратительно одинаковом мире. За ним, топает Ица, скрестив руки на груди и всем видом показывая, что не позволит свернуть с пути истинного.
Карраго.
Миха… наемники сзади. Тень решил не отпускать сына далеко. Их присутствие ощущается, как и усиливающаяся нестабильность мира. Вот по траве побежали черные пятна-прорехи, одно из которых заинтересовало Карраго так, что он едва не соступил с тропы. Миха удержал.
— Не стоит.
— Почему она исчезает, а потом появляется?
— Потому что связь нестабильна. Эта трава не здесь. Есть, полагаю, картинка её, которая передается сюда. И от качества передачи во многом зависит качество картинки.
Как ни странно, объяснение маг воспринял.
— Вроде проклятого артефакта, способного пожрать разум, — кивнул он. И руку убрал, вдруг смутившись собственной легкомысленности.
— Переход, — сказал Джер. — Система… предупреждает… зона заражена… и опасно. Хотя я и не все понял… но… Ица, лучше, если ты тут останешься. Мы… я поставлю канал связи. Один смогу. Стабилизирую… это будет похоже на…
Дверь.
Точнее стену, что возникла из ниоткуда, и в отличие от иллюзорной травы выглядела эта стена вполне себе материально. Такая плотная. Каменная. Надежная. Уходящая куда-то вдаль, где в сером тумане она соединялась с травой и слегка размывалась. Ввысь, что характерно, стена тоже уходила, растворяясь уже в сером небе.
Прямо перед Джером в стене возникла дверь.
Знакомая такая. В замке, помнится, похожая была. Или точно такая же.
Джер отер руки о штаны и, достав клинок, сказал:
— Идем, что ли…
— Погоди, — Миха остановил его. — Давай уж я… ты пойдешь последним.
— Почему?
— Потому что, если вдруг случится жопа, — а что-то подсказывало, что этого состояния души ли, мира им не миновать, — то только ты сможешь нас вытащить.
Аргумент помог слабо.
Дверь…
Материальная такая. И отворилась не разу. Она заскрипела, чуть провисая на старых петлях, норовя скребануть нижним краем по земле и траве.
А с той стороны пахнуло ветром.
И огнем.
У Михи появилось вполне закономерное желание дверь прикрыть ко всем богам, а лучше заколотить. Но он заставил себя переступить через порог.
Этот мир…
— Что тут? — Карраго сунулся следом.
— Туман, — сказал Миха.