Мужчина хлопнул глазами. Рот его искривился, а затем он просто-напросто лопнул, осыпав Винченцо мелкими брызгами. Впрочем, они впитались в тело.
Замутило.
— Чтоб тебя… — Миара раздраженно смахнула с лица слизь. — Погань какая… что это с ним?
— Не знаю.
— Погоди… — она сунула руку поглубже и, вцепившись во что-то, дернула.
Этот червь был толще и явно проявлял недовольство. Он змеей обвился вокруг руки Миары, а после и вовсе попытался эту руку…
— Он меня что, сожрать пытается? — удивилась она, глядя, как кожа бледнеет. Разжав пальцы, Миара хорошенько встряхнула тварь. — Вот… поганец!
Червь — этот был размером с упитанную гадюку — мигнул, выпустив пяток образов, но размытых, неясных. Они мешались друг с другом, наслаивались, и в какой-то момент показалось, что это — один человек, который отчаянно пытается изменить себя.
Длилось все недолго.
Изображения задрожали.
— И этот лопнул, — Миара задумчиво растерла пятно слизи пяткой. — Наверное, это что-то да значит.
Винченцо снова согласился.
А еще подумал, что черви эти весьма напоминают иных, тех, которые порой попадаются в кишках рабов и животных.
Глава 9
Глава 9
Миха
Странно, но в этом месте, глубоко технологичном, Миха чувствовал себя еще более неуверенно, чем в мире снаружи. Возможно, потому как куда яснее понимал пропасть, что пролегла между его знаниями, говоря по правде, весьма куцыми, и тем, чем обладали Древние.
И сложность предстоящей задачи мог оценить сполна.
Как и невозможность её выполнения.
Но… не говорить же людям, преисполнившимся веры в светлое будущее, что все они обречены. Это как-то пессимизмом попахивает.
Он сунул руку под белоснежные — иных в комнате не обнаружилось — одеяния и поскреб зудящий живот. К слову, зуд, появившийся сразу после мытья — если минутное стояние на светящемся кругу можно было назвать мытьем — не спешил уходить.
Напротив, он усиливался.
И мешал.
Миха с трудом сдержался, чтобы не выпустить когти. И главное, начавшись под левым ребром, зуд нарастал, расползался, грозя захватить все тело. Наверняка ему имелась причина… может, аллергия на Древних? Хреново если так.
— Лежишь? — осведомился Миха у твари, что вытянулась поперек прохода, этот самый проход запирая. Тварь подняла голову и широко, во всю пасть, зевнула. — А хозяйка твоя где?
У Джера.
Чего еще ждать.
Мальчишка по-прежнему пребывал то ли во сне, то ли в коме. У ног его свернулась калачиком Ица, к слову, тоже отмытая и обряженная в белые просторные одежды.
Миара устроилась на полу.
— Тут вроде как мебель можно… создать, — сказал Миха.
Магичка выглядела почти красивой.