Миара говорила спокойно и уверенно.
— Но проще локальный. За ухо вживляется. Больно не будет…
— Никогда не верил целителям, которые говорили, что больно не будет.
— Вин, вот разве я тебе когда-нибудь врала?
— Тебе все случаи пречислить или дюжины хватит?
— Ладно, соглашусь, неудачно. Но поверь, это и вправду быстро, а возможности открывает невероятные. Нельзя быть таким ретроградом и отказываться…
Вот же… зараза.
Глава 49
Глава 49
Миха
Ну их на хрен с такими переходами. Миха сглотнул слюну, но его все равно вывернуло какой-то липкой жижей. Руки дрожали. Ноги дрожали. Тело ощущалось киселем, прилипшим к остову-скелету. И главное, что управлять этим скелетом было невозможно.
Если каждый раз так, то понятно, отчего из виртуальной реальности возвращались немногие.
Мазохизм, как он есть.
Миха закрыл глаза, силясь унять бурю в желудке. Если он еще и обосрется… тоже мне, спаситель человечества… навряд ли благодарного.
Сердце колотилось.
И одышка, кажется, наличествовала.
— Ты как, живой? — а вот этот голос заставил открыть глаза, и простое это действие пробудило к жизни стаю дятлов, случайно залетевших внутрь черепушки.
Дятлы метались.
Стучались о кости.
И стук их здорово мешал восприятию реальности.
— Живой, — воскликнул Джер радостно. — Дышит!
— Живой, — Миха все же сумел заглушить радостный перестук дятлов. И отметил, что в отличие от него Джер выглядит вполне себе бодрым.
Отвратительно бодрым.
И штука с головы… нет, не исчезла. Превратилась в такой вот обруч, вроде стального. Железная, мать его, корона, с одним зубцом, что поднимался над переносицей. И звезда во лбу, точнее в короне, имеется. Алая. Горит.
— Ты… как?
— Нормально. Система говорит, что моя нервная система более адаптирована, что сказалась перестройка для установления связи. Ну и в целом так… Карраго что-то еще объяснял, но я не очень понял, — Джер подал руку, помогая выбраться из капсулы.
Миха и выбрался.
Вывалился.
Но сумел разогнуться и даже устоять на ногах.
— А еще говорит, что она стабилизировала тебя. И что создала новые… ну, что-то там маги делали и недоделали. И это разваливаться стало… как его… иммуно-энергетический конфликт! Вот, — Джер скалился.
И белые одежды на нем смотрелись нелепо.
А вот сам Миха был голым. И где-то в глубине души шевельнулся стыд. Правда, очень уж во глубине, если так-то… но ведь шевельнулся.
— Мне бы…
— Очистится. Знаю. Это неприятно. Питательный раствор, когда застынет, присыхает намертво… Ица вон до сих пор ругается. А я ей говорил, что надо мыться сразу. Она же…
Джер шел рядом. Ну хоть поддерживать не пытался, уже радость.