всех моментально улучшилось настроение. Наверное, этот парень не раз выручал их… Для начала он попросил принести камень размером с кулак, а сам рассмотрел глубокий обрыв, к счастью, достаточно пологий для спуска. — Хорошо, что кирки не провалились глубоко, правда, Тильд? — преувеличенно-бодрым голосом спросил Бастиан. — Очень хорошо, — согласился Тильд. Он плотно обвязал камень концом верёвки, которую снял с пояса, а потом быстро прошёлся по ней пальцами, каким-то непостижимым образом растягивая, отчего она стала тоньше и длиннее. — Посмотрим, повезёт ли нам в другом… Утяжелив конец верёвки, он попросил всех отойти подальше, раскрутил и метнул верёвку с обрыва, как аркан, а потом вытянул наверх. Он проделал это несколько раз, бродя по краю обрыва. Закончив, жестом подозвал мужчин, и они заглянули в пропасть. — Уй-й… — ахнул великан Нобль. — Ага, набежали. — Ты хотел знать, где граница с долиной? — Да. Нам повезло, она за кирками и в этом месте довольно ровная. Бастиан с Тибо ничего не сказали, но им явно было не по себе. Женщины подошли к обрыву посмотреть, что там. Эна с Гранией в ужасе отшатнулись, а Луиза сдержала нервный смех. Несмотря на трагизм положения, она не могла не признать, что раскинувшаяся перед ней панорама — с огромными просторами и заревом в полнеба от Огненной реки — была эпически-впечатляющей. Вдобавок к этим красотам на склоне стояли демоны, опаснейшие твари, чьи тела, подобие человеческих, колыхались, как чёрный туман, а глаза без зрачков смотрели не мигая. Их было несколько, семь или восемь, каждый крупнее Нобля, и они стерегли людей, с нетерпением дожидаясь, когда кто-то оступится и пересечёт невидимую черту. У Луизы при виде них заныла погрызенная одним из них рука. Тильд тем временем обернул верёвку вокруг талии и завязал сложным узлом. Бастиан поёжился. — Может, не стоит, Тильд, дружище? Это опасная затея. Уж лучше мы повисим, чем подвергать тебя такому риску. — Поддерживаю Бастиана, — сказал Нобль. — Вы же знаете, парни, чем всё закончится. — Чем?! — выдохнул Тибо. — Я их разочарую, — без всякой рисовки сказал Тильд. Он велел мужчинам держать его, взявшись за верёвку. Те так и сделали, отойдя на несколько шагов от обрыва и встав друг за другом. Когда Тильд подал знак, они начали медленно стравливать верёвку, которая по законам этого мира не должна была даться им в руки — как вещь, принадлежащая другому человеку. Для Луизы это стало загадкой. Грания ушла, чтобы никого не отвлекать своим плачем, бледная как смерть Эна отправилась