страх и риск они делились друг с другом наблюдениями, когда корчевали ростки железных деревьев, и, кажется, Тильд был прав — магия этих крохотных ярко-красных побегов мешала Ядану полностью контролировать Хранителей. Дурным вестником предстоящего рейда служила внезапная и невыносимая боль в правой или левой руке, за ней следовало ощущение кратковременного падения в бездну, страх, прилив крови к голове, когда казалось, что глаза вот-вот лопнут… И вдруг крепко стоишь на ногах в центре события, где применена магия, в голове ясно, и всё бы ничего, если бы не адская боль от надетого на запястье браслета и ужас от предстоящего. Постепенное привыкание к боли позволило поднять порог чувствительности. У тех из Хранителей, кто хотел вникнуть в происходящее и найти настоящего виновника, появилось больше времени до вынесения приговора. Вот тогда-то и началась полная неразбериха, которая у более совестливых вызвала дополнительные страдания: как определить настоящего виновника, и те ли были наказаны? Система контроля Ядана за Хранителями совершенствовалась, они видели это на разных примерах. Люди тоже приспосабливались, пытаясь хитроумно обойти запреты и обмануть Хранителей. Если сначала удавалось уничтожить пославшего кого-то на заведомую смерть, то потом это не срабатывало и Хранителю приходилось убивать и невинного, чтобы унять невыносимую боль. Хранители перемешались, разделившись на тех, кому было всё равно, и тех, кто тяжело переносил участие в казнях. К ранимым относилась группа Нобля, к ним прибились несколько человек из крестьян и вагонетчиков, а Тибо, напротив, ушёл. Луиза, к которой всё ещё не вернулась память, подозревала, что Эна осталась с ними только из желания как-то ей навредить. Ядан наказывал Тильда по любому поводу, иногда этот повод оставался неизвестным, но все в группе сочувствовали своему любимцу. Как-то Тильд обмолвился, что Ядан на языке Тахиров значит ненавистный и был надолго за это подвешен на крюке между двумя гигантскими столбами. Когда они замечали, что его нет слишком долго, то начинали поиски, а найдя — лежащим на земле — огораживали стеночкой из камней, и Бастиан делал над ним навес из своей куртки. Случалось, его находили в самых неожиданных местах, где-нибудь на скале или на дне глубокого обрыва. Как-то раз искали Тильда, разбившись на группы. Запыхавшаяся Эна пришла к группе, в которой была Луиза и две девушки из новеньких, и сказала, что, кажется, Тильд лежит в расщелине. — Надо убедиться, но я не могу спуститься одна… Тут недалеко…