Он сказал это медленно, выделяя слово.

— Крайне маловероятно, а не «невозможно». Мы не снимаем с себя обязанности пересматривать процедуры и маршруты.

Пьер слушал, не двигаясь. Внутри это звучало как: «вы сделали всё, что могли, но нам всё равно нужно это как-то назвать, чтобы никого не бесить». Но по сравнению с вариантами, которые он уже нарисовал в голове, это звучало не худшим образом.

— Пятое, — сказал Блэйк. — Компания и клиенты официально признают этот случай трагическим следствием боя в сложной оперативной обстановке. В ваших действиях не усматривается злого умысла, халатности или сознательного нарушения приказов.

— Перевожу с корпоративного, — шепнул себе под нос Трэвис. — «Не психи, не саботажники, просто не повезло».

— Вместе с тем, — голос Блэйка стал чуть жёстче, — будут сделаны выводы.

Он положил лист, опёрся ладонями о стол.

— Для внешнего контура — для прессы, местных властей, политиков — формулировки будут иными. Более общими. Там больше будет слов «расследование продолжается», «причины выясняются», «предварительные данные». Вы понимаете, что весь мир не обязан знать каждую деталь вашей ночной работы.

— Весь мир и не потянет, — пробормотал Джейк.

— Что касается лично вас, — продолжал британец, — то на данном этапе никто из членов группы не отстраняется от работы, не снимается с контракта, не передаётся под чужую юрисдикцию.

Он перевёл взгляд на Маркуса.

— Однако, капитан, на вас и на снайпера Дюбуа ложится отдельная нагрузка по взаимодействию с комиссиями. Вам придётся ещё не раз рассказывать всё заново. Терпеть, отвечать, повторять. Без самодеятельности.

Маркус кивнул коротко.

— Привыкли, — сказал он. — Война давно переместилась в бумагу.

— Дополнительно, — вмешался лысоватый в бейдже клиента, — будут введены уточнённые протоколы на случай выявления тяжёлого вооружения у маломерных судов.

Он говорил гладко, как из методички.

— В частности: обязательная видеозапись момента до и после выстрела, если это технически возможно; расширенная система предупреждений и попытки принудительно изменить курс целей до открытия огня, если риск для конвоя не является критическим; дополнительная оценка траекторий возможного «переноса риска», как уже прозвучало.

— Именно то, чего нам не хватало в бою, — сухо сказал Михаэль. — Ещё одной инструкции.

— Инструкции пишутся кровью, — напомнил лысый.

— Нашей, — заметил Рено.

— И не только, — добавил тихо Карим, стоявший у стены.

Блэйк поднял руку, разрезая эту перепалку.

— Вдобавок, — сказал он, — на ближайшие две недели все вы пройдёте обязательный курс стресс-менеджмента и психологической оценки. Это требование страховщиков и юристов. Не обсуждается.