Он выдохнул.

— Но бросить их, когда они уже сдались, это не работа. Это резня по лености.

Карим осторожно сказал:

— Можно дать жилеты, воду, координаты. И вызвать тех, кто по закону должен заниматься такими вещами. Пусть это будет их проблема.

— А если те окажутся их двоюродными братьями? — спросил Трэвис по рации.

Карим ответил жёстко:

— Это их круг. Мы его всё равно не разорвём за одну операцию.

Пьер молчал. В оптике лица были ближе: страх, усталость, злость. Никакой великой идеи. Просто люди, которые решили, что оружие заменяет им будущее.

Старший посмотрел прямо на катер. На секунду их взгляды встретились, без оптики. В его глазах была ненависть. И голод к жизни.

Пьер сказал спокойно:

— Я бы их не добивал. Не потому что жалко. Потому что бессмысленно. Труп не расскажет ничего, кроме того, что мы уже знаем.

Маркус повернулся к Дэнни.

— Дэнни. Твоё мнение.

Тот вздрогнул, будто его выдернули изнутри.

— Моё мнение что-то решает?

— В этот раз да, — сказал Маркус. — Скажешь «добить», я подумаю. Скажешь «оставить», тоже.

Дэнни долго смотрел на лодку. На старшего, на пацана, на кровь на рукаве.

— Если бы я решил вчера не стрелять, нас бы, возможно, уже не было, — сказал он наконец. — Если я сейчас решу не стрелять, они, возможно, вернутся. Но если я дам команду их добить… я потом с собой жить не смогу.

Он выдохнул, будто выпуская что-то тёмное.

— Не трогать их, пока они сидят и держат руки наверху. Дальше как море решит.

Маркус кивнул.

— Значит, так.

Он повернулся к Кариму:

— Передай им. Мы не будем их сейчас расстреливать. Дадим воду, несколько жилетов для тех, кто в воде, координаты. И отправим сообщение тем, кто обязан это разбирать. Хотят спасать, пусть спасают. Не хотят, это уже не наш выбор.

Карим перевёл. На лодке стало шумно: кто-то заорал, кто-то закивал, бородатый заплакал, размазывая слёзы по солёной коже. Старший на секунду опустил руки, потом снова поднял, как будто боялся, что передумают.

— Они не верят, — сказал Карим. — Думают, что это ловушка.

— Тогда пускай смотрят внимательно, — сказал Маркус.

Он махнул к кораблю:

— Нам сюда пару спасжилетов и ящик воды. Без фокусов. Камеры пишут.

Сверху ответили коротким «принято». Через пару минут с борта спустили ярко-оранжевые жилеты и пластиковый ящик. Марио подогнал катер ближе, Рено подцепил багром и подтянул. Пара движений ножом, и жилеты уже болтались на поверхности.

— Сначала тем, кто в воде, — сказал Маркус.

Карим крикнул. Старший махнул рукой тем, кто держался за обломки. Один натянул жилет неловко, как чужую куртку. Второй ухватил яркую ткань, будто за последнюю мысль о жизни.