— Нет, сэр. Я просто уточняю условия. Всё ясно.

Уэллс посмотрел на него долго, потом отступил.

— Больше вопросов нет? Хорошо. Свободны. Смена Маркуса — завтра в восемь утра на палубе. Тренировка высадки. Остальные на дежурстве. Разойдись.

Строй рассыпался. Народ пошёл в разные стороны, загудели разговоры. Пьер остался стоять, смотрел на море. Рено подошёл, встал рядом.

— Ну что, братишка, теперь снова пехота на острие атаки.

— Ага.

— Думал, будем просто на кораблях кататься, да?

— Не особо, — Пьер затянулся. — Знал, что рано или поздно пошлют на берег. Всегда так.

Трэвис подошёл, ухмылялся.

— Зато весело будет. Наконец-то не в прицел пялиться, а стрелять по-живому. Я соскучился.

Джейк покачал головой.

— Ты ебанутый.

— Я честный. Лучше пойти и отстреляться, чем сидеть и ждать, когда в тебя ёбнет ракета. Хоть контроль какой-то.

Михаэль стоял молча, курил. Потом сказал тихо:

— На суше умирают так же, как на море. Только по-другому.

Все посмотрели на него. Он затушил сигарету, ушёл.

Дэнни подошёл, лицо серьёзное.

— Это правильное решение, — сказал он, будто убеждал себя. — Мы не можем просто сидеть и ждать. Надо действовать. Уничтожать их базы, их ракеты. Это спасёт жизни. Наши жизни. Жизни моряков.

Пьер посмотрел на него.

— Дэнни, ты правда веришь в это дерьмо?

— Да. А ты нет?

— Нет. Я верю в то, что нас пошлют туда, где политики не хотят светиться. Мы сделаем грязную работу, может кого-то убьём, может сами сдохнем. Потом отчёт напишут: «Операция успешна, потери минимальны». И всем будет похер.

Дэнни стиснул челюсти.

— Ты слишком циничен.

— Я реалист.

Дэнни развернулся, ушёл. Рено хмыкнул.

— Ты его добьёшь рано или поздно.

— Пусть живёт в своих иллюзиях, — Пьер затушил сигарету. — Может, так легче.

Они стояли у борта, смотрели на воду. Солнце село окончательно, наступила темнота. Только звёзды горели холодно.

— Три дня, — сказал Рено. — Потом идём на берег. В Йемен. К хуситам. Думаешь, выживем?

— Не знаю, — ответил Пьер честно. — Но буду стараться.

— Я тоже.

Они замолчали.

Пьер думал о складе на карте. Точка, координаты, схема зданий. Выглядит просто. На бумаге всегда просто. А потом приезжаешь, а там засада, пулемёты, минные поля. И вместо «низкого риска» — мешки с трупами.

Он видел это в легионе. В Зоне. Везде одинаково. Планы хороши до первого выстрела. Потом импровизация, хаос, кровь.

Угол палубы, под навесом у надстройки. Металлическая лестница, ведущая на верхний уровень. На ступеньках сидели шестеро: Пьер, Рено, Михаэль, Трэвис, Джейк, Дэнни. Карим стоял у перил, курил, смотрел на воду. Пепельница — обрезанная гильза от крупнокалиберного патрона, стоит на ступеньке, уже полная окурков.