Он докурил до фильтра, раздавил сигарету о край урны.

— Так что так, — завершил он. — Если кому-то нужна исповедь — идите к падре. У нас его нет. Есть работа, расписание и море вокруг. Разойтись по койкам, через шесть часов подъём.

Он развернулся и вышел. Лампа под потолком снова стала единственным светом, воздух под навесом стал ещё тяжелее.

Несколько секунд никто не шевелился. Потом Джейк первым поднялся, потянулся, хрустнув спиной.

— Ну, раз папа сказал спать, значит, спать, — пробормотал он. — А то правда с утра будем на дрифте.

Он ушёл. За ним поднялись остальные. Кто-то молча, кто-то бурча себе под нос. Карим последним бросил окурок в урну и пошёл к выходу.

Шрам остался сидеть ещё минуту. Сигарета догорела до фильтра, он даже не заметил. За пределами навеса море было чёрным, как провал. Где-то далеко мигали огни — чужие корабли, чужие рейды, чужие проблемы. Здесь были свои.

Он встал, чувствуя, как ноют ноги и ломит поясницу, и пошёл вниз, в душный коридор к кубрикам. Завтра действительно будет новый день. Новая работа. Новая статистика. И надо было хотя бы попытаться уснуть, пока голова ещё помнит, как это делается.

Шрам ненавидел утренние совещания почти так же, как ранний подъём после недосыпа. Но здесь выбора не было: за ним пришёл матрос со словами, что «господин Тейлор просит подняться в штабной».

Он поднялся по узкой лестнице, цепляясь ладонью за прохладный поручень. Металл под ботинками глухо отдавал, где-то в глубине корпуса урчали дизеля. Голова была тяжёлая, но ясная. Курилка и разговоры ночные уже будто отдалились, как будто были вчера, а не несколько часов назад.

Штабной отсек занимал половину верхней палубы. Перед дверью — морской офицер в форме и двое охранников с автоматами. На стене — табличка с логотипом корпорации, аккуратный значок, словно это офисный этаж в деловом центре, а не стальной ящик посреди моря.

— Дюбуа, — сказал офицер, глянув в список. — Заходите. Командир ждёт.

Внутри было неожиданно холодно. Кондиционер работал здесь на совесть, гул вентиляторов смешивался с писком электроники и негромкими голосами. Свет — белый, ровный, от панелей под потолком. Пол — резиновое покрытие. Обычная война на современный лад: больше проводов и экранов, меньше карт на кнопках.

Вдоль стен — столы с ноутбуками и мониторами. На одном — спутниковые снимки побережья, на другом — карта региона с сеткой квадратов. В самом центре висел большой экран, где змеились разноцветные линии — маршруты судов через пролив. На другой панели — таблица с цифрами, графики, столбики, стрелки вверх и вниз.