— Там был склад оружия, — сказал Шрам. — Радиостанции, боеприпасы, документы. И командир. По вашим же данным.

— И лагерь, — тихо добавил Ричард.

Аналитик в куртке скривился, будто от кислого.

— Условия региона таковы, что боевики и беженцы часто находятся в одном пространстве, — сухо произнёс он. — Это усложняет идентификацию целей.

— Это, — сказал Пьер, глядя на карту, — усложняет только отчёты. Для тех, кто был внутри, всё было очень просто. Кто держит ствол — цель. Кто кричит, плачет и мешает — фон.

Он пожал плечами.

— Фон иногда тоже попадает под очередь.

Повисла короткая пауза. Маркус чуть заметно дёрнул уголком губ, то ли в знак того, что услышал, то ли просто от усталости.

— Мы не обсуждаем сейчас мораль, — нетерпеливо сказал человек в рубашке. — Нас интересует эффективность. После этого удара активность их сети должна…

Он запнулся, подбирая слово.

— Снизиться, — подсказал Ричард.

— Сместиться, — поправил его аналитик. — Они не исчезнут. Они будут вынуждены перебросить командира, переорганизовать снабжение, изменить маршруты. Это всё — время и деньги. Для них.

— И для нас, — негромко заметил Маркус.

— Для наших клиентов, — уточнил Ричард.

Шрам перевёл взгляд на другой экран. Там была таблица. Столбцы, строки, даты. В одной — «incident», в другой — «insurance rate», дальше — какие-то проценты, суммы. Логотипы страховых компаний, судоходных линий, логистических холдингов.

Он не был финансистом, но счёт и зависимость понимал лучше многих. Здесь зависимость была нарисована прямым текстом: после каждого «инцидента» шли стрелки и маленькие зелёные плюсики напротив отдельных колонок.

— Это что? — спросил он.

— Внутренний анализ рынка, — ответил Ричард, даже не посмотрев. — Вы это не видели.

— Уже видел, — сказал Шрам.

Ричард поднял взгляд. На секунду в его глазах мелькнула досада, что-то вроде «кто пустил сюда стрелка», но он быстро спрятал её за привычной вежливостью.

— Не обращайте внимания, — вмешался аналитик в рубашке. — Это рабочие материалы. Вам они ни к чему.

— Наоборот, — спокойно сказал Пьер. — Люблю понимать, где нахожусь.

Маркус слегка повернулся в его сторону, но промолчал. Он тоже не был в восторге от того, что бойца впускают в этот угол, но поздно. Уже впустили.

— Вы видите только цифры, — произнёс Ричард тем тоном, каким обычно инженеры объясняют что-то солдатам. — За ними очень сложные процессы. Дипломатия, логистика, политика, регуляторика…

— И тарифы, — добавил аналитик в куртке. — Ваша зона ответственности — снижать риск для судов. Наша — оценивать его и управлять им. Каждый делает своё.