В самой глубине крысиных нор я трижды встречал грибы, которыми проросли высохшие крысиные трупики. Грибы давно засохли, и никак не реагировали на попытки их оживить. Они не впитывали бао — энергия будто бы уходила... Нет, не в бездонную пустоту: чувствую, будь я в сотню раз сильнее, без проблем вырастил бы здесь сад. Но пока я адепт, искать в этом мире мне нечего, моих сил не хватит, чтобы преодолеть некую преграду. Может, когда я стану магом и увижу во сне Ильмсхур, смогу что-нибудь вырастить здесь?

Хотя, это что угодно, но только не сон. Слишком реально для сна.

Я вздохнул и за десять минут цепочкой телепортаций добрался до гермодверей самой фабрики: ржавых, закрытых не до конца. Раньше я добирался сюда на поезде, перед которым раздвигались гермоворота, но теперь в этом нет нужды: я протиснулся в щель между створками.

Вдалеке оглушительно гудели механизмы, и я впервые засомневался: нужно ли мне сюда? Кто может выжить на фабрике с кислотной атмосферой? Стоит ли мне... видеть то, что мне могут показать?

Поворот, ещё один. Длинный коридор. На полу уже меньше пыли, зато попадаются следы от ботинок: сперва одиночные, затем — десятки, и вот уже весь пол в следах и грязных разводах. На потолке мигают лампы. Я чувствую себя героем дешёвого хоррора, но продолжаю идти вперёд. Страшнее всего, что мой коридор выходит на обзорную площадку, откуда начальники-наблюдатели любят смотреть за работой фабрики, и у меня не будет возможности приготовиться к зрелищу, которое откроется мне целиком и сразу. Но ноги сами несут меня вперед.

Ботинки грохочут по толстому стальному листу обзорной площадки. Шаг, еще шаг...

И я вижу все и сразу.

Я смотрю с высоты пары сотен метров на огромный фабричный блок, вижу копошащихся внизу людей. По сравнению со всей фабрикой этот рабочий блок не занимает даже одного процента площади, но он невероятно циклопических размеров: по причуде заказчиков чертежа фабрики с этой площадки видна добрая половина пространства блока. Я смотрю сквозь толстую железную решётку, огораживающую обзорную площадку, и вижу сотни цистерн, замечаю мойщиков со шлангами. По дорожкам ездят погрузчики, у машин суетятся водители и механики, пятеро энергетиков копошатся у силовой электроустановки.

Постепенно мозг выхватывает некую неправильность в происходящем. Будто зрелище чересчур неправильное, выбивающееся из привычной картины мира настолько, что я не сразу обратил на него внимание. У агрегатов наравне со взрослыми трудятся и дети: сотни маленьких фигурок шныряют по фабрике, залезают под машины и помогают с ремонтом.